О покупке овса и употреблении слова «украина» в журнале входящих бумаг Московской домовой конторы графа В.Г. Орлова, 1799 г.

Вотчинная документация графа В.Г. Орлова содержит ежегодные сведения о подрядах на десятки тысяч пудов муки, зерна, крупы в военное ведомство, масштабной торговой деятельности определенного круга крестьян Поречья-Рыбного. Такие крестьяне пользовались особым доверием помещика, участвовали в крупных оптовых операциях по продаже упомянутых товаров, произведенных в его же вотчинах. Например в Усольской на Средней Волге, где насчитывалось 36 селений с крепостными крестьянами в 26-27 тысяч душ и около 300 тысяч десятин земли. Центром вотчины являлось село Усолье.

В журнале входящих бумаг Московской домовой конторы В.Г. Орлова, крайние даты 1 сентября – 31 декабря 1799 г. содержится замечание конторы о покупке овса, датированное 5 декабря.

До конторы дошли сведения, что торгующие хлебом получили хороший барыш от овса, урожая 1799 г. Констатируется, что в том же году овес уродился в украине [курсив мой – А.М.] и по другим местам. Прошедшую осень его покупали на месте, между Орлом и Харьковым, по 2 рубля за четверть. То есть, здесь термин «украина» трактуется географически, широко, как территория между городами Орлом и Харьковым. Фиксируется факт цены на овес.

Ниже отмечается, что «Порецкие крестьяне» - торгующие крестьяне села Поречья-Рыбного Ростовского уезда Ярославской губернии, желают купить весь овес, в любых объемах. Управителям волжских вотчин графа Фомину и Патину (Усолье) предписывалось уведомлять контору о ценах.

Представитель интересов графа В.Г. Орлова в Симбирске А.С. Мещеринов уведомлял, что симбирские граждане советовали дворянам держать цены на овес, отмечая при этом, что его совсем нет не только в верховых городах, но и в украине [курсив мой – А.М.], от Воронежа до Пензы. Таким образом, термин «украина» и во второй раз употребляется в том же широком географическом значении, как территория пограничья и земель, расположенных на рубеже с опасными соседями.

В замечании зафиксированы собранные конторой сведения о ценах 1799 г. на овес в разных городах России. В Ярославле и «Рыбной» [Рыбинске – А.М.] овес продавали по 3 рубля, в Санкт-Петербурге по 5 рублей за четверть в 8 мер, а в Москве по 4 рубля.

По данным сведениям контора ожидала, что овес будет в хорошей цене. Учитывая малые объемы выращенного в вотчинах графа, собственного овса, предполагалась масштабная его закупка на сумму от 10 до 20 тысяч рублей, с целью получения хорошей прибыли, при условии закупки по 90 копеек и по 1 рублю за четверть.

В заключение предписывалось послать с данного «замечания» копию управителю Усольской вотчины Фомину с предписанием, «…что если он надеется получить барыш, то не упускал времени, приступил бы к покупке». Ему предоставлялось право решать – по какой цене закупать овес и на какую сумму. При недостатке средств на закупку он должен был немедленно уведомлять контору. Необходимые деньги в таком случае могли доставляться ему по почте. При наличии сомнений в получении прибыли – «барыша», Фомин мог не приступать к покупке с обоснованием в донесении конторе.

Также, Фомину предписывалось подтвердить более ранний приказ домовой конторы о присылке генеральной ведомости по всему выращенному и предполагаемому к продаже хлебу. Без данной ведомости отпускать в оптовую продажу хлеб скупщикам, к примеру, тем же крестьянам Поречья-Рыбного, было запрещено. То есть, на лицо точное ведение учетной документации по продаже товарного хлеба. К другому управителю, Патину, посылалось приказание, уведомить о ценах на хлеб контору и Фомина.

Литература и источники:

Морозов А.Г. Торговая деятельность первостатейных крестьян Ростовского уезда в конце XVIII – первой половине XIX в. // История и культура Ростовской земли 2016. Ростов, 2017. С. 294-309.

РГАДА. Ф. 1273. Оп. 1. Д. 536. Журнал входящих бумаг Московской домовой конторы В.Г. Орлова. 1.09.1799 – 31.12 1799 г. 207 л.

Казус с женихами и «Уложением» графа В.Г. Орлова у крестьян Борисоглебских слобод, 1799 г.

Портрет графа Владимира Григорьевича Орлова (1743—1831). 1812 г. Собрание Государственной Третьяковской галереи

Известно, что брачно-семейные отношения крепостных крестьян в XVIII - первой половине XIX в. попадали в поле зрения помещичьих инструкций по управлению вотчинами. У графа В.Г. Орлова они также регулировались «Повелениями», а затем были сформулированы в известном «Уложении», действовавшем во всех его вотчинах. Девицы брачного возраста должны были «отыскивать себе жениха», иначе им грозили штраф от 25 до 50 рублей, в зависимости от состояния семьи, и, даже телесные наказания – розги.

Однако, были случаи, когда девки не могли найти жениха по объективным причинам: их не было в наличии. Такой казус произошел 15 июня 1799 г. Бурмистр Борисоглебских слобод Грабовской сообщил в Московскую домовую контору графа В.Г. Орлова, что в вотчине оказалось до 12 девок бедного состояния от двадцатилетнего возраста, а совершеннолетних женихов нет и просил освободить девушек от штрафа и телесных наказаний. В резолюции по данному делу значится: «Есть ли женихов нет, то девок от наказания и денежного штрафа освободить. Поступить по правилам Уложения, когда женихи будут иметь двадцатипятилетний возраст, а дабы сей случай был в виду то вынести в нерешенные дела».

Источники:

Титов А.А. Ростовский уезд Ярославской губернии. М., 1885. С. 153.

Уложение для с. Поречья гр. Орлова // ЯГВ. 1853. Неоф. ч. № 41-44.

РГАДА. Ф. 1273. Оп. 1. Д. 535. Л. 85.

Об организации соревнования "садовников" в 1801 г.

Неизвестный худудожник первой половины XIXв. Подмосковная усадьба Отрада графа В.Г. Орлова // Собрание Сызранского краеведческого музея

По некоторым записям, отложившимся в журналах Московской домовой конторы графа В.Г. Орлова, можно судить о том, как была организована работа порецкого огородника в подмосковной Отраде.

В сообщении от 17 января 1801 г., состоящем из 4-х пунктов, «садовникам» Петру Ильину [Пурышеву- поречский род. И сейчас живет в селении] и Григорию, отчество и фамилия которого не указаны, предписывалось, во-первых, разделить оранжерею на две части, «чтобы было видно – кто на что способен». Во-вторых, купить для садовников и прислать 2 «вспрыска» кожаных и 6 замков. В п. 3 констатируется, что для рассадки деревьев и цветов «ранжерейных» требуется 1400 горшков, которые предполагалось закупить в Углицкой волости. В последнем пункте говорится о том, что к будущему лету необходимо выписать из Поречья 12 рыболовных сетей и 3 пуда пеньки.

Источники:

РГАДА. Ф. 1273. Орловы-Давыдовы. Оп. 1. Д. 557. Журнал входящих бумаг Московской домовой конторы В.Г. Орлова с 1.I. 1801 г. - 31.III. 1801 г. Л. 28.

О самоуправстве бурмистра Маринина в украшении теплой церкви села Поречья в 1799 г.

Агафонов С.Ф. Церковь великом. Никиты в с. Поречье. Нач. 1930 г. Фотобумага, фотопечать, 12,1 х 16,9 см // Собрание музея-заповедника "Ростовский кремль". Дата поступления: 03.02.1930 г.

В Российском Государственном архиве древних актов (далее – РГАДА), периодически работая с делами Московской домовой конторы графа В.Г. Орлова, я пытался найти документы, в которых отложились бы сведения о строительстве известной, высокой, в 94 метра, колокольни теплой церкви Никиты мученика. Отдельные факты по колокольне найти удалось, но о них позже. Рассмотрим доклад крестьянина Поречья-Рыбного, одного из церковных старост, Ивана Королева, поступивший в Московскую домовую контору В.Г. Орлова 5 января 1800 г.

Королев докладывал следующее: во-первых, в селе Поречье в теплой церкви Никиты мученика, в простенках между окон, написаны святые образа. И сделано это было по совету вотчинного правления.

Во-вторых, бурмистр Иван Маринин в «небытность» его, Королева в Поречье, собрал Совет и закрыл окна железными подставами или железными ставнями. То есть бурмистр собрал крестьян для принятия важного, для церковного строительства, решения при отсутствии церковных старост. Лиц, непосредственно отвечающих за данные вопросы. А это нарушало определенный, общепринятый порядок. В докладе констатировалось: «Чем много и сделал безобразия церкви».

Королев просил графа приказать Маринину, «…чтобы без согласия его, Королева и товарищей его Козлова и Пыхова ничего в церкви не переменял». Таким образом, в докладе названы еще два церковных старосты. Далее, Королев просил вынуть из окон железные подставы, подсчитать убытки и взыскать их «с кого следует». В заключении, он запрашивал решение графа о том, что церковные старосты могут рассудить написать новые образа и поставить в простенках. И такие образа должны быть «в размах хороший». То есть соразмерными с довольно большими простенками между окон весьма обширного зимнего храма.

В журнале домовой конторы на доклад Королева имеется достаточно подробная резолюция, датированная 9 января, с решениями по каждому его пункту. Все основные предложения Королева граф утвердил. «Подставы вынуть и кто сему убытку причиною исследовать Титову и Пыхову. И оценя взыскать с кого следует» Таким образом, выяснение убытков было возложено на двух местных крестьян. А по выяснении суммы – взыскание с виновного, то есть с бурмистра. Об исполнении всех этих мер следовало донести домовой конторе. По написанию новых, соразмерных с простенками образов, граф приказал старые иконы променять, если будут желающие.

Бурмистру же, Ивану Маринину, был отправлен приказ с приложением доклада Ивана Королева и решением «государя графа сделать по оному исполнение». 17 февраля 1800 г. бурмистр рапортовал в домовую контору, что получил приказ от 9 января и доклад Королева, который отдал Титову и Пыхову для исполнения.

1 сентября того же года порецкие крестьяне Титов и Пыхов доложили, что убыток, происшедший в церкви от действий бурмистра Маринина составил 40 рублей. Контора отписала им за известие. И деньги с бурмистра были взысканы в пользу церкви.

Таким образом, в важнейший период рубежа XVIII-XIX вв., когда в Поречье возводилась высокая никитская колокольня, в селе было три ответственных за храмовое строительство крестьянина, или церковных старосты. Подобные факты типичны: отложившиеся в маклерских книгах договоры с подрядчиками по возведению храмов заключались с ними зачастую от имени священника, бурмистра и нескольких старост, которых община делегировала наблюдать за строительными работами. Полномочия таких старост были достаточно велики. Доклад Королева также свидетельствует об определяющей роли графа В.Г. Орлова в решении вопросов, в том числе спорных, по строительству и украшению церквей.

Как известно, авторство никитской колокольни в краеведческих изысканиях XIX в. и в советской историографии приписывается «простому крестьянину» А.С. Козлову. В рассматриваемом докладе мы видим представителя с такой фамилией, ответственного за церковное строительство. Однако его имя и отчество не указано. Есть документальные свидетельства 1770-1780-х гг., что должность церковного старосты занимал Степан Иванович Козлов (1730-1813), – отец Алексея Степановича. Здесь: или отец, или сын Козловы. Документально подтверждается пока лишь факт, что 25 января 1801 г. граф В.Г. Орлов приказал: «Быть Козлову бурмистром». В основе утверждения Козлова на должность лежал доклад от 23 января, крестьян Баженова, Маринина и Королева, предложивших его на место бурмистра Маринина: «Быть бурмистром Алексею Козлову – он поведения хорошего, имеет достаток. Должность сию может править без тягости». Естественно, в поле деятельности нового бурмистра попадало и храмовое строительство…

Литература и источники:

РГАДА. Ф. 1273. Оп. 1. Д. 544. Л. 15 об. – 16, 95.

Там же. Д. 531. Л. 136.
Там же. Д. 557. Л. 36.

О «полесщике» и продаже графского леса Борисоглебскому монастырю

Прокудин-Горский С.М.  Вид с дороги на Борисоглебский монастырь, 1911.

Как известно, в Борисоглебской вотчине графа В.Г. Орлова, помимо Борисоглебских подмонастырных слобод, в конце XVIII первой половине XIX в. имелись прекрасные и довольно обширные лесные угодья. В «Книге договоров и сделок между купцами и др. 1792-1796 гг.», или маклерской книге города Ростова, встретилось несколько договоров, касающихся упомянутого леса.

1 января 1795 г. крестьянин села Поречья-Рыбного графа В.Г. Орлова Козьма Григорьев заключил договор с архимандритом Борисоглебского монастыря отцом Евгением. Текст изложен от лица Козьмы Григорьева фамилия которого не упомянута. Важно, что в документе указана его должность: «Полесщик». То есть – лесник.

В договоре значится, что у Козьмы в Ростовский Борисоглебский монастырь, из подмонастырной рощи, принадлежавшей графу В.Г. Орлову, куплена часть леса «на корню». Отмечается, что этот лес разный по своему качеству: крупный, средний и мелкий. Покупался он для монастырских потребностей.

Площадь делянки составляла до 200 сажен в окружности (426 м). То есть это была довольно большая делянка. Указано ее положение на местности: между первой дорогой в роще, между болотом и по ростовской дороге. При отводе продаваемого леса, вокруг него, на крайних деревьях были «положены», установлены особые монастырские знаки.

За проданный лес Козьма Григорьев получил от казначея упомянутого монастыря, иеромонаха Мельхиседека при заключении договора деньги в сумме 350 рублей «сполна». По условиям договора Козьма не мог принуждать монастырь к скорой рубке леса, «...терпеть год, два, или доколе продажа рощи оной не закончится». При этом отведенный монастырю лес «полесщик» не должен был оставлять без присмотра.

Лишь 19 июля того же 1795 г. стороны явили договор в Ростове, у маклерских дел. Вероятно тогда, когда монастырь начал рубку леса. Договор был внесен в маклерскую книгу под №69 маклером Алексеем Приваловым. Под договором стоят подписи монастырского казначея и «полесчика», крестьянина Козьмы, который, как видим, был грамотным.

Таким образом, договор свидетельствует о том, что при Борисоглебской вотчине графа В.Г. Орлова в конце XVIII в. имелась должность «полесщика» - лесника, в обязанности которого входило не только непосредственное смотрение за лесными угодьями. Согласно «Уложению» В.Г. Орлова, ранее эти обязанности возлагались непосредственно на вотчинную администрацию Борисоглебских слобод: бурмистра, земских и выборных. Такая должность, скорее всего, была введена в Борисоглебских слободах не «Миром», то есть крестьянской общиной, а домовой конторой помещика. Поскольку обязанности «полесщика» исполнял не местный, борисоглебский, а порецкий, то есть крестьянин из соседней, крупной ростовской вотчины Орловых – села Поречья-Рыбного, не имевший местных связей, видимо, для меньших злоупотреблений. Для ведения операций с продажей леса «полесщики», очевидно, располагали полученными от графа «Верющими письмами» или доверенностями.

Литература и источники:

Морозов А.Г.«Повеления» графа В.Г. Орлова 18 июля 1774 г. о застройке Борисоглебских слободи об охране леса // СРМ. Ростов, 2016. Вып. XXI. С. 67-70.

РФ ГАЯО. Ф. 204. Оп. 1. Д. 2888 Книга договоров и сделок между купцами и др. 1792-1796 гг. Л. 218.

Договоры о покупке и снаряжении ростовскими торговыми крестьянами барок для поставки провианта в казну в маклерских книгах Ростова конца XVIII – начала XIX в.

Вид города Рыбинска из-за реки Волги. 1824. Бумага, акв, Собрание РГВИА.
Благодарю Сергея Овсянникова за указание на это произведение 

С середины XVIII столетия районы черноземных губерний становятся сосредоточием барщинного хозяйства помещиков с ориентацией производства зерна на рынок. Главным фактором углубления и развития внутреннего рынка явился рост неземледельческого населения, занятого торгово-промышленной деятельностью. Этот рост осуществлялся в основном за счет промыслового крестьянства. Внешний вывоз хлеба в XVIII в. составлял еще лишь от 3% до 7% всего зернового баланса. Вместе с тем помещики не являлись главными поставщиками товарного хлеба. Основную его массу давали все же крестьяне Черноземья, все более втягиваясь в систему товарно-денежных отношений. С середины XVIII в. вверх по Волге резко возрастают хлебные грузопотоки.

В документации Московской домовой конторы графа В.Г. Орлова периодически встречаются прошения крестьян ростовских вотчин об отпуске их по торговой части на Макарьевскую ярмарку, в Казань, Петербург, Оренбург, Уральск, Уфу и другие «торговые города. Не ограничиваясь торговлей на ярмарках, заведением лавок в городах ростовские помещичьи крестьяне брали подряды на поставку товаров в казну. Большую роль в снабжении вооруженных сил играли закупки, производившиеся различными правительственными учреждениями. Значительные обогащения на военных казенных поставках, особенно во время войны, следует отнести к источникам первоначального накопления. В вотчинной документации В.Г. Орлова имеются сведения о подрядах на десятки тысяч пудов муки, зерна, крупы в военное ведомство, о масштабной торговой деятельности определенного круга крестьян с. Поречья. Такие крестьяне пользовались особым доверием помещика и участвовали в значительных оптовых операциях по продаже упомянутых товаров, произведенных в его же вотчинах, например в Усолье (Средняя Волга). А для перевозки товара – провианта нужны были барки.

О возможном экспонате из Третьяковки для новой экспозиции Борисоглебского филиала

Портрет графа Владимира Григорьевича Орлова (1743—1831). 1812 г. Собрание Государственной Третьяковской галереи

Весьма впечатлен экспонированием в Ярославском художественном музее потрясающего сервиза, подаренного Наполеоном Александру I.
Подумал вот о чем: не договориться ли с Государственной Третьяковской галереей о привозе в Борисоглебский филиал музея-заповедника "Ростовский кремль" портрета графа Владимира Григорьевича Орлова (1743—1831). 1812 г. 228 х 157 см. на открытие новой экспозиции филиала - в доме богатого, торгового крестьянина Елкина?
Документы Московской домовой конторы графа В.Г. Орлова второй половины 1820 - начала 1830-х гг. свидетельствуют, что в последние годы жизни граф болел. В этот период почти во все вотчинные правления были заказаны портреты государя-графа. Бурмистры с мест в переписке с конторой сообщали, что крестьяне постоянно молятся о здоровье Его Сиятельства.
Так, в январе 1826 г. Московская домовая контора в письме бурмистру Борисоглебских слобод Ивану Елкину сообщала о том, что два донесения, "в коих крестьяне желают Государю - Графу здоровья и о портрете Государя - Графа, который просят прислать", получены...
Напомню, что дети вышеупомянутого Ивана Елкина - Абрам, Александр и Михаил Ивановичи, в 1867 г. передали полученный по наследству дом в Борисоглебских слободах под школу.
В 2013 г., после комплексного обследования особняка, был подготовлен проект реставрации с целью приспособления его под музей.

Источники:

РГАДА. Ф. 1273 Орловы - Давыдовы. Оп. 1. Д. 986 Журнал исходящих бумаг ("Краткая исходящая") Московской домовой конторы графа В.Г. Орлова по вотчинам Семеновской, Порецкой, Борисоглебской и др. 2/1. 1826 - 31/XII. 1829 гг. Л. 2, 31 об.

Об изъявлении ярослав. губер. по крест. делам присутствия благодарности крестьянам Рост. у. Борисоглебских слобод Абраму, Александру и Михаилу Ивановым Елкиным, пожертвовавшим под Борисоглебское училище принадлежащего им с надворной постройкой каменного дома // ЯГВ. 18 мая 1867. Офиц. ч. № 20. С. 1; См. также: ЯЕВ. 21 октября 1867. Неоф. ч. №42. С. 335; Сельское народное училище в Борисоглебских слободах Ростовского уезда (статья свящ. А. Горлицына). Речи Горлицына, сказанные при открытии этого училища 22 июня 1867 г. // ЯГВ. 10 августа 1867. Неофиц. ч. № 32. С. 6-7.

«Повеления» графа В.Г. Орлова 18 июля 1774 г. для Борисоглебских слобод об охране леса

Валерий Абрамов. Бор пос. Борисоглебский от Селища, 18.07.2012.

«Повеления» графа В.Г. Орлова, для Борисоглебских слобод датированные 18 июля 1774 г. обращены также к мерам, связанным с охраной леса. В заключении 1-й части "Повелений" им посвящено три пункта: 14-16. Во 2-части - 10-й, последний пункт.

О плане торговой площади Борисоглебских слобод - экспонате будущей экспозиции филиала

План торговой площади Борисоглебских слобод. Общий вид

В собрании Государственного музея-заповедника «Ростовский кремль» хранится «План торговой площади Борисоглебских слобод». Размеры: 53,5х38 см. Материал, техника: верже, тушь, акварель. Реставрирован. Как значится в описании: рукописный, раскрашенный акварелью план торговой площади Борисоглебских слобод и части Борисоглебского монастыря. В масштабе: 50 саж. В рамке.

Подпись синим карандашом на обороте, свидетельствует, что данный план был передан Борисоглебскому музею 28 мая 1930 г. землеустроителем Борисоглебского РИКа Иваном Николаевым. В своей авторской подписи он указал, что план - историческая ценность и датировал его: «Настоящий план относится к XVIII веку - годы 1730-1770 составленного в порядке генерального межевания». Поздняя наклейка, с этой датой, по нижней, лицевой стороне плана, вероятно, этикетка выставки советских времен. В последствии за планом закрепилась именно такая датировка. Однако она не верна.

Рассмотрим план в деталях. В верхней части дано «Описание мест». Под литерой «А"» обозначены пять каменных [красным цветом] погребов, оставшихся в целости «после несчастной участи пожара». Таким образом, план составлен после пожара, уничтожившего строения торговой площади. Под литерой «В» указаны места для удовлетворения борисоглебских торгующих крестьян, чьи лавки на площади были также  уничтожены пожаром. Под литерой «С» обозначены места для строения на общий счет главных лавок, то есть лавок, которые планировалось возвести за счет крестьянской общины. Такие лавки сдавались торгующим крестьянам, посадским и купцам в аренду, а деньги с них тратились на общинные нужды. Наконец, под литерой «Д» обозначены места для сбитенных лавок, вполне необходимых для местного, крупного, еженедельного, сельского базара и ежегодной Борисоглебской ярмарки, которые также планировалось, судя по описанию, строить на общественный счет. Будущие строения под литерами «В», «С»" и «Д», вероятно, деревянные. То, что это именно план, а не фиксация существующих строений говорят обороты речи в описании.

Как распланированы лавки, лавочные ряды? Несомненно главной осью планировочного пространства для лавок является дорога, идущая от северных «Водяных» ворот монастыря к мосту через основное, проточное в то время русло реки Устье. Ниже моста указана мукомольная мельница. Ныне это русло практически сухое и река течет несколько севернее. Часть лавочных корпусов расположена в прямую линию, параллельно этой дороге, к западу, северо-западу от нее. На плане видно, что три каменных погреба уже стояли вдоль этой дороги и были включены в состав будущих лавок. Корпуса к востоку, юго-востоку от дороги спланированы параллельно и перпендикулярно ей, в несколько рядов. Дорога от  монастыря к реке Устье отходит от «Водяных» ворот не под углом 90 гр., а несколько отклоняясь к востоку. Поэтому корпус лавок под литерой «В» ближайший к монастырским стенам и корпус сбитенных лавок под литерой "Д" оказались по отношению к стенам монастыря под некоторым углом.

К западу от рассматриваемой базарной площади с лавками, через дорогу, также идущую к мосту через Устье от северо-западного угла монастыря, на плане начертана жилая гражданская застройка крестьян Борисоглебских слобод, состоявшая из двух улиц с деревянными домами. Мы видим, что одна из улиц идет по прямой линии от северо-западной башни к тому же мосту, а вторая улица отходит от первой под прямым углом в направлении северо-запад и следует почти параллельно руслу реки Устье. По сути это целый жилой квартал крестьянских домов планировка которого в целом сохранилась до настоящего времени.

К востоку от базарной площади, через большую дорогу, идущую к мосту через Устье вдоль восточной стены монастыря далее на север, на плане изображены еще два жилых квартала из нескольких крестьянских домов и земельных участков, расположенных в прямые линии по отношению к восточной и северной стенам монастыря. В жилом квартале у русла реки начертаны два каменных дома. Планировка этого квартала также в целом сохранилась до настоящего времени. Первый из упомянутых домов, что ближе к дороге и мельнице, вероятно, дом, ныне известный как трактир Ляховых. Второй, расположенный дальше от дороги, в виде угла, может быть домом богатых крестьян Мельниковых. Думается, исследователям необходимо будет уточнить их датировку. Другой жилой квартал, что южнее, напротив восточной монастырской стены полностью деревянный. 

В нижней части плана изображена северная стена Борисоглебского монастыря с башнями и "Водяными" воротами. Важно, что здесь указана межевая граница земли монастыря, прилегавшей к его стенам. Эта межа следует не параллельно северной стене, а постепенно отклоняется от линии стены к северу, расширяя принадлежавший монастырю участок земли в направлении на запад. Позже монастырь выстроил на своей земле, прилегавшей к стенам торговые лавки, чтобы иметь с них доходы.

Подчеркнем, что указание на рассматриваемом плане границ земель монастыря уже является признаком, позволяющим уточнить его датировку. Сдвинуть ее с 1730 г. на 30 лет, ибо до секуляризации церковных и монастырских владений в 1763/4 г. вся земля с базарной площадью, крестьянскими домами и крестьянами принадлежали монастырю. Однако нижней границей датировки плана является не 1764 г., а 1772-1774 гг. Так, в работе А.Г. Мельника, посвященной монастырскому саду, опубликована прорись с плана Борисоглебского монастыря 1773 г., на котором межевая граница земель монастыря с внешней стороны его стен на северном участке отмечена точно также. Подпись же в нижнем правом углу рассматриваемого плана гласит: "Часть земли Его Сиятельства". Она прямо говорит о том, что земля вокруг монастыря с базарной площадью крестьянскими домами и крестьянами Борисоглебских слобод ко времени составления плана уже принадлежали графу В.Г. Орлову. Как известно пожалование Борисоглебских слобод Орловым произошло в 1772 г. А 18 июля 1774 г. графом для слобод были даны «Повеления» первая часть которых в основном содержит правила о застройке. П. 3 "Повелений" является преамбулой к указаниям о порядке застройки, если в слободах случится значительный пожар. Как свидетельствует п. 4, крестьянам предписывалось сделать сходку и выбрать способных людей, которые решили бы, где тесно и опасно построено, впредь располагать строения безопаснее, а о подобной сходке и рассуждениях на ней непременно письменно уведомлять помещика. Общим для всех вотчин Орловых являлся в «Повелениях» пункт 2, согласно которому рекомендовалось для базаров непременно оставить широкое и удобное место, которое нельзя было застраивать жилыми домами, чтобы последнее находилось как можно ближе к центру населенного пункта.

Процесс рассматриваемой перепланировки как жилых, так торговых кварталов значительно ускоряли пожары. Документы Московской домовой конторы В.Г. Орлова свидетельствуют, что в его ростовских вотчинах: селах и слободах ежегодно случалось 4 - 5 крупных пожаров, когда выгорало от 10 до 25 домов. В докладах бурмистров в домовую контору о каждом таком пожаре обычно содержалось обещание, что «в непродолжительное время он пришлет доклад и план, как строить домы вновь». Но чаще к докладу уже прилагался план «как строиться погорельцам», имевший нумерацию домов, подкрепленный мирским приговором, с просьбой его утвердить. Домовая контора порой корректировала присылаемые с мест планы застройки, основываясь уже на вышеупомянутом «Повелении», а затем «Уложении». Здесь, на плане мы видим планировку торговой площади Борисоглебских слобод как раз после пожара. План, на наш взгляд, относится к таким планам, которые, после подачи борисоглебским бурмистром с миром в домовую контору были утверждены графом, прорисованы в цвете и присланы обратно в вотчину. Предположительно, рассматриваемый план до 1917 г. хранился в Борисоглебском вотчинном, а затем волостном правлении.

 Однако, для установления его верхней даты необходимо дополнительное исследование. Вероятно в ежегодных журналах Московской домовой конторы В.Г. Орлова последней четверти XVIII в., которые нами просмотрены не все, есть сведения о конкретном пожаре торговых лавок на базарной площади, начертании и утверждении графом рассматриваемого плана. Пока же план можно датировать: 1774 - конец XVIII в. В дальнейшем план займет свое место в новой экспозиции Борисоглебского филиала в «Доме крестьянина Елкина».

Литература и источники:

ГМЗРК. АР-682.

Мельник А.Г. Сады Ростовского Борисоглебского монастыря // Он же. Исследования памятников архитектуры Ростова Великого. Ростов, 1992. С. 106.

Александр Морозов. Борисоглебское крестьянство в документах Московской домовой конторы графа В.Г. Орлова // Ростовская земля. История и культура. 30 июня 2014.

Александр Морозов. Борисоглебское крестьянство в документах Московской домовой конторы графа В.Г. Орлова. Часть 2 // Ростовская земля. История и культура. 16 июля 2014.

Светлана Лапшина, Александр Морозов. Борисоглебские слободы: крестьянские дома. Трактир Ляховых // Ростовская земля. История и культура. 2 сентября 2014.

Светлана Лапшина, Александр Морозов. Борисоглебские слободы: крестьянские дома. Дом Михаила Андреевича Мельникова // Ростовская земля. История и культура. 5 сентября 2014.

Александр Морозов. «Повеления» графа В.Г. Орлова 18 июля 1774 г. о застройке Борисоглебских слобод // Ростовская земля. История и культура. 1 июля 2015.

«Повеления» графа В.Г. Орлова 18 июля 1774 г. о застройке Борисоглебских слобод

Борисоглебские слободы на Генеральном геометрическом плане Петровского уезда Ярославского наместничества, 1792 г.

Согласно документам Московской домовой конторы В.Г. Орлова, от 16-26 июля 1774 г. «В бытность его Сиятельства графа Владимира Григорьевича в Поречье…» им были даны «Повеления…» по целому ряду своих вотчин, расположенных в разных наместничествах и уездах Европейской России. Прежде всего, Ростовских вотчин – Поречья-Рыбного, Борисоглебских слобод и Воржи, а также Сидоровской вотчины Нерехтского уезда Костромской округи и Бежецкой вотчины Тверской. «Повеления» графа относительно регулярной застройки села Поречья-Рыбного были рассмотрены нами ранее. В данном сообщении рассмотрим «Повеления» сделанные помещиком относительно Борисоглебских слобод, датированные в источнике 18 июля 1774 г., сопоставим их с подобными по другим вотчинам.

Ростовская земля в "Дневной записке..." графа Александра Владимировича Орлова. 1786 год, часть третья

Публикация источника

Начало публикации, часть первая здесь.

Продолжение, часть вторая здесь.

Граф Григорий Владимирович Орлов (1777-1826)

25 число. Понедельник.

Погода была очень хороша. По утру мы ходили на базар, которые в Борисоглебских наших слободах бывают всякую неделю по понедельникам. На них съезжается множество мужиков из окружных селений для покупки всяких сельских потребностей.

После обеда батюшко, И.И. Шварц и я верхами объезжали наш бор и заметили, что очень много молодого лесу. А в вечору прогуливались мы все пешками.

Ростовская земля в "Дневной записке..." графа Александра Владимировича Орлова. 1786 год, часть вторая

Публикация источника

Продолжение. Начало публикации, часть первая здесь.

Миниатюра. Графиня Елизавета Ивановна Орлова, урожденная Штакельберг (1741-1817). 1800 г.

22 число [май 1786.]. Пятница.

В пятницу опять шел дождик весь день и время было столь дурно, что мы также, как и вчера, принужнены были остаться дома. Хотя нам и очень хотелось прогуляться по селу [Поречью].

Ростовская земля в «Дневной записке…» графа Александра Владимировича Орлова. 1786 год, часть первая

Публикация источника

Портрет графа Владимира Григорьевича Орлова (1743—1831). 1812 г. Собрание Государственной Третьяковской галереи

В отделе рукописей Российской Государственной библиотеки хранится «Дневная записка путешествия в Нижний Новгород…», написанная графом Александром Владимировичем Орловым (1769—1787), старшим сыном графа Владимира Григорьевича Орлова (1743-1831.), владельца Поречья-Рыбного, Воржи, Борисоглебских слобод и Спасской слободы под Ростовом.

Борисоглебское крестьянство в документах Московской домовой конторы графа В.Г. Орлова. Часть 2

Художник Василий Андреевич Тропинин.
Граф Орлов Владимир Григорьевич, директор Академии Наук, 1826 год. Москва. Музей В.А. Тропинина (Россия)

Мы продолжаем публикацию документальных материалов о борисоглебских крестьянах Московской домовой конторы графа Владимира Григорьевича Орлова в собрании Российского Государственного архива древних актов. Начало публикации здесь.

Борисоглебское крестьянство в документах Московской домовой конторы графа В.Г. Орлова

Портрет графа Владимира Григорьевича Орлова (1743—1831). 1812 г. Собрание Государственной Третьяковской галереи

Значительные материалы о ростовских крестьянах содержат фонды Орловых-Давыдовых[1], Паниных-Блудовых[2], в частности В.Г. Орлова и В.Н. Панина, которым принадлежали Поречье и Воржа, Спасская и Борисоглебская слободы.

Упомянутые документы относятся к последней четверти XVIII в. до 60 гг. XIX в. включительно. Общая источниковедческая характеристика фондов крупных земельных собственников и представленной в них документации содержится в диссертации Д.А. Быкова[3]. Отметим, главные, выделенные им особенности: ведение хозяйственной отчетности силами выбранной от крестьянских общин и назначенной помещиком вотчинной администрации; наибольшая сохранность и информативность - наилучшими массивами данных следует признать сохранившиеся за максимальный срок без «лакун» и пустых годов материалы делопроизводства по имениям тех владельцев, которые не стремились разорить крестьян ради сиюминутной выгоды, но умели заботиться о будущем, ведя правильное хозяйство; манера ведения хозяйственной отчетности в имении всегда несет на себе отпечаток влияния личности помещика и тех, кого он привлекал себе в помощь.

В указанных фондах отложились документальные материалы домовых контор: ежегодные журналы входящих и исходящих бумаг, книги указов и распоряжений, хозяйственные книги по вотчинам, «Уложения» - общие правила управления вотчинами, раздельные акты на имения между наследниками, отдельные дела о крестьянах, убежавших из вотчин, проживавших в Петербурге, о рекрутах, оброке, спорах о земле, тетради записи крестьянских отпусков, «верющих писем», акты, выданные ростовским огородникам В.Н. Паниным на купленную у него землю в Москве, документация мирских общественных банков, открытых для кредитования крестьян в имениях.