«Верющие письма» - доверенности на поиск беглых крестьян

В собрании Ульяновского областного краеведческого музея имени И.А. Гончарова имеется письмо графа Владимира Григорьевича Орлова крестьянину села Поречье Кузнецову Андрею Алексеевичу о бежавших крестьянах, 1809 г. Бумага (гербовая), рукопись, 33х21 см. Текст в современной орфографии:

«Вотчины моей Ярославской губернии Ростовского уезда села Поречья крестьянину Андрею Алексееву Кузнецову.

О покупке ростовскими огородниками земельных участков в Ярославле в первой половине XIX века

Документы вотчинных архивов сел Поречья-Рыбного, Воржи, Борисоглебских слобод, Сулости и Никольского на Перевозе Ростовского уезда Ярославской губернии подтверждают, что в 20-50 гг. XIX в. крестьяне упомянутых сел имели обширные огородные участки, купленные ими на имя своего помещика и собственные дома в столицах и многих крупных городах страны. Государственные крестьяне ростовских приозерных селений также могли владеть движимым и недвижимым имуществом, покупать и арендовать земельные участки в городах. Такой возможностью обладали и свободные хлебопашцы. Маклерские книги города Ростова указанного периода свидетельствуют, что купля-продажа и аренда огородной земли также осуществлялась ростовскими купцами 3-й гильдии и посадскими.

О точных датах рождения известных ростовцев Андрея Михайловича Дюкова и Петра Андреевича Веснина

Выявление точных дат рождения известных представителей разных сословий имеет большое значение для исторической науки, генеалогии, изучения социально-экономического развития общества и сохранения культурного наследия. Позволяет глубже понять биографию личности, её роль в истории, а также установить связи между поколениями и династиями. Точные даты рождения помогают верифицировать информацию в архивных документах, таких как формулярные списки, купеческие свидетельства, исповедные росписи, метрические книги. Это снижает риск ошибок при работе с историческими материалами.

Ростовцы в Оренбурге

19 (30) апреля 1743 года — официальная дата основания Оренбурга на его современном месте. Город был заложен в третий раз после двух предыдущих попыток. Впервые крепость заложили в августе 1735 года у слияния рек Орь и Яик (сейчас — Урал), но из-за сильных весенних паводков место пришлось перенести. В 1741 году город заложили ниже по течению Яика, на Красной горе, но и это место оказалось неподходящим. Окончательное решение принял новый руководитель Оренбургской экспедиции Иван Иванович Неплюев. Он выбрал место у впадения в Яик реки Сакмары, окружённое лесами и пахотными землями. Это место стало историческим центром Оренбурга.

Титовы – неизвестные страницы. О непростой судьбе прабабушки краеведа А.А. Титова Федоры Гавриловны (Морокуевой, Титовой, Марининой)

Из написанного более 20 лет назад очерка Е.И. Крестьяниновой о Титовых купцах следует, что прадед известного краеведа А.А. Титова его полный тезка Андрей Александрович Титов (ок. 1780 — 1806), был женат на Федоре Гавриловне Морокуевой (ок. 1781 — 1849) и вошел в дом своего богатого тестя. Единственным наследником капиталов Г. Морокуева и А.А. Титова стал дед краеведа - Иван Андреевич Титов (1800—1866) [1].

Как многие помнят, по просьбе коллеги — автора идеи и руководителя проекта «Культурный центр дом А.А. Титова» к.и.н. Ярослава Евгеньевича Смирнова – я обратился к архивным документам рода Титовых XVIII – первой половины XIX века, которые сосредоточены в двух архивных собраниях – ГАЯО и Госархива города Москвы. Оцифровка метрических книг, исповедных росписей, ревизских сказок архивами России, в том числе Государственным архивом Ярославской области, позволяет сейчас быстро и эффективно восстанавливать генеалогические связи семей разных российских сословий.

К истории писчебумажной Покровской мануфактуры в селе Вощажниково Ростовского уезда

В начале XIX века писчебумажная промышленность играла важную роль в социально‑экономическом и культурном развитии России. Её значение проявлялось в нескольких взаимосвязанных аспектах. Доступный писчий материал был необходим для расширения грамотности учебников и методических пособий в сети школ, университетов, научных статей и монографий в научных исследованиях. Книжное издательство (художественная, справочная, техническая литература); – периодические издания (газеты, журналы) нуждались в стабильных поставках бумаги для регулярного выпуска. Надёжное производство бумаги обеспечивало функционирование госаппарата: бюрократическая система империи генерировала огромный объём документов (указы, распоряжения, отчёты); судебные и административные бумаги; налоговая и статистическая документация. В экономике и торговле бумага использовалась для коммерческих контрактов и счетов; банковских и кредитных документов; товарных накладных и таможенных записей. Золотой век русской литературы (Пушкин, Лермонтов, Гоголь и др.) совпал с расширением бумажного производства. Бумага была необходима для рукописей и черновиков; публикации стихов и прозы; переписки и эпистолярного жанра.

О масштабах торговых операций верхушки крепостных крестьян торговых сел Ростовского уезда в конце XVIII века

Данный контракт по поставке 8 466, 82 тонн соли был неудачей для Василия Федоровича Королева и его обанкротил так, что он отказался быть бурмистром Поречья-Рыбного, когда его выдвинули на утверждение в должности графу В.Г. Орлову. При отводе Василий Федорович ссылался на то, что разорен и живёт у родственников. Об этом сообщается в рапортах (1777-1782) бурмистров графу в собрании А.А. Титова в отделе рукописей РНБ.

Дети В.Ф. Королева из-за его банкротства так и не выкупились на волю и его род остался в Поречье-Рыбном. В отличие от его младшего брата Ивана Федоровича, дети которого весьма преуспели, прославились своей благотворительной деятельностью. Это известные Ростовские и Томские купцы Всеволод и Евграф Королевы - первые крупные благотворители Ростовского музея, на средства которых были отреставрированы Белая палата, где в 1883 году был открыт музей и храм Спаса на сенях...

Поречье-Рыбное. Кусочек сброшенного и разбитого колокола

Более 20 старинных каменных двухэтажных домов в Поречье-Рыбном являются объектами культурного наследия. У некоторых из них последнее время появились новые домохозяева. Радует, что почти все они понимают важность сохранения ОКН.

Общался сегодня с новым хозяином каменного двухэтажного дома крестьян Архиповых Евгением, который рассказывал мне о мерах по сохранению дома и показал свою уникальную находку. Она бережно хранилась в доме старыми владельцами почти столетие:

- Кусочек сброшенного и разбитого в 1930 г. колокола высокой никитской колокольни...

Бронза, литье, 15х16,2х6,4 см.

Внутри- и межсословные браки крестьян ростовских торговых сел в конце XVIII – середине XIX в.

Крестьянство в России служило источником пополнения других сословий, хотя само оставалось закрытым на входе. В целом, число перемещений в него из других сословий было ничтожно. Совместное проживание, торгово-промысловая деятельность крестьян с другими сословиями, прежде всего с купечеством и мещанством вели к тесным межличностным и культурным контактам, распространению межсословных браков. Ревизские сказки и метрические книги церквей ростовских приозерных сел содержат информацию о количестве браков, заключенных крестьянами с представителями других сословий – купечества, мещанства, духовенства и др.

Немного о ростовских лекарственных и душистых травах в XVIII-XIX в.

«Ростовец с незапамятных времен огородник по преимуществу», - писал в 1851 г. И.И. Хранилов. Он отметил местное предание, говорившее, что задолго до преобразования России Петром I «…ростовцы промышляли разведением лекарственных и других трав, кореньев, разного рода семян и овощей».

Мята, шалфей, укроп, ромашка и другие душистые травы, аптекарские растения разводились и занимали значительные части огородов в Поречье и Угодичах. В данных селениях крестьяне занимались в большом объеме гонкой летучего масла из душистых трав, что составляло предмет отчасти заграничного торга.

В XVIII-XIX вв. значительная часть огородной земли отводилась под лекарственные и душистые травы, в ассортименте которых насчитывалось более 85 видов. В Поречье выращивались собственные семена для овощей: свекольные, цикорные, шалфейные, салатные, морковные, редичные, поступавшие в продажу. Эстрагон, разные овощи – лук, капуста, картофель, огурцы, свекла, морковь, редька - для домашнего потребления.

Об аренде крестьянами графа Шереметева села Вощажникова у разных помещиков крепостных крестьян «в услужение»

В маклерских книгах города Ростова конца XVIII – начала XIX в. наличествуют документальные свидетельства приобретения и аренды крестьянами крепостных людей. С селом Вощажниковым, которое расположено примерно в 30 километрах к северо-западу от Ростова, связаны несколько договоров указанного периода на аренду крестьянами графа Шереметева, у разных помещиков, крепостных людей, в качестве рабочей силы, для работы на небольших крестьянских, кустарных заведениях. Рассмотрим один из них.

Баночка бобов. Консервы завода Я.Н. Пыхова - дар в Ростовский музей

Сегодня, 29 июля 2020 года, пришло неожиданное сообщение от Екатерины Олейник из Санкт-Петербурга. Оказывается она с дедом, Щербаковым Борисом Леонидовичем, путешествовали. Были проездом в Ростове. Борис Леонидович - родился в Ростове в 1928 году. Отец его работал на фабрике "Рольма" бухгалтером. А вот мама была из Поречья.
Из переписки с Екатериной. Она рассказала пока следующее: мама деда - Ольга Федоровна Артамонова. По архивной документации она - дочь одного из владельцев консервных заводов в Поречье Артамонова Федора Илларионовича в 1910-1920-е годы. Он раскулачен. Завод его и дом локализуются на посаде "Березово". Где рядом и находился консервный и цикорный завод Я.Н. Пыхова. Старейший завод по переработке цикория. В начале XX в. на данном заводе изготовляли также и консервы из овощей.

У дедушки Екатерины, Бориса Леонидовича, банка консервов завода Якова Николаевича Пыхова " Бобы" хранилась как память. На склоне лет Борис Леонидович пожелал передать в дар этот ценный предмет, относящийся к старейшему заводу Ростовской пищевой промышленности, в фонды Государственного музея-заповедника- "Ростовский кремль".

Отметим, что музей-заповедник обладает некоторой коллекцией этикеток продукции Ростовских фабрик и заводов XIX - нач. XX в. Но таких предметов в фондах нет. Хотя о медалях на банке завода Пыховых писали в свое время и незабвенный наш А.А. Титов, и исследователь Российских кустарных промыслов Н.П. Столпянский....

8 или 9 августа сего года семья проследует из Санкт-Петербурга в Москву. Остановится в Ростове. Хочет проехать с обзорной экскурсией по Ростову. Съездить в Поречье-Рыбное. Как память. И передать в дар данный предмет начала XX в. Ростовскому музею.

О ростовском зеленом горошке

В XIX в. главными продуктами производства в Ростовском торговом огородничестве считались зеленый горошек и цикорий, для небольшого числа озерных селений - душистые травы, лук и чеснок. Центром и «главным двигателем» этого огородничества признавалось с. Поречье-Рыбное.

Начало разведения зеленого горошка и цикория, как торговых культур, относится к концу XVIII в. В одних краеведческих исследованиях и сочинениях говорится, что зеленый горошек разводить и обрабатывать начали в 1805 г. крестьяне с. Поречья Кохов и Лалин, в других - И.Б. Золотахин (Лисицын), который привез в Поречье секрет производства сахарного горошка, поощрял к этому промыслу своих односельчан. Содействовал он и распространению по всему Ростовскому уезду цикория. И.И. Хранилов подчеркнул выдающуюся роль Золотахина, выступавшего пропагандистом нового, еще не известного промысла.

«На примере И. Золотахина, - писал В.А. Федоров, - можно наблюдать любопытный путь формирования скупщика, который, прежде чем поставить в зависимость от себя своих односельчан, выступает инициатором распространения среди них промысла». Процессы интродукции являются в историко-культурном аспекте воплощением активизации личного, индивидуального опыта. Налицо яркий пример интродукции нового промысла, составившего к середине XIX в. в Ростовском уезде наряду с другими (цикорием, картофелем и пр.) «главный источник местного благосостояния».

О покупке овса и употреблении слова «украина» в журнале входящих бумаг Московской домовой конторы графа В.Г. Орлова, 1799 г.

Вотчинная документация графа В.Г. Орлова содержит ежегодные сведения о подрядах на десятки тысяч пудов муки, зерна, крупы в военное ведомство, масштабной торговой деятельности определенного круга крестьян Поречья-Рыбного. Такие крестьяне пользовались особым доверием помещика, участвовали в крупных оптовых операциях по продаже упомянутых товаров, произведенных в его же вотчинах. Например в Усольской на Средней Волге, где насчитывалось 36 селений с крепостными крестьянами в 26-27 тысяч душ и около 300 тысяч десятин земли. Центром вотчины являлось село Усолье.

В журнале входящих бумаг Московской домовой конторы В.Г. Орлова, крайние даты 1 сентября – 31 декабря 1799 г. содержится замечание конторы о покупке овса, датированное 5 декабря.

До конторы дошли сведения, что торгующие хлебом получили хороший барыш от овса, урожая 1799 г. Констатируется, что в том же году овес уродился в украине [курсив мой – А.М.] и по другим местам. Прошедшую осень его покупали на месте, между Орлом и Харьковым, по 2 рубля за четверть. То есть, здесь термин «украина» трактуется географически, широко, как территория между городами Орлом и Харьковым. Фиксируется факт цены на овес.

Ниже отмечается, что «Порецкие крестьяне» - торгующие крестьяне села Поречья-Рыбного Ростовского уезда Ярославской губернии, желают купить весь овес, в любых объемах. Управителям волжских вотчин графа Фомину и Патину (Усолье) предписывалось уведомлять контору о ценах.

Представитель интересов графа В.Г. Орлова в Симбирске А.С. Мещеринов уведомлял, что симбирские граждане советовали дворянам держать цены на овес, отмечая при этом, что его совсем нет не только в верховых городах, но и в украине [курсив мой – А.М.], от Воронежа до Пензы. Таким образом, термин «украина» и во второй раз употребляется в том же широком географическом значении, как территория пограничья и земель, расположенных на рубеже с опасными соседями.

В замечании зафиксированы собранные конторой сведения о ценах 1799 г. на овес в разных городах России. В Ярославле и «Рыбной» [Рыбинске – А.М.] овес продавали по 3 рубля, в Санкт-Петербурге по 5 рублей за четверть в 8 мер, а в Москве по 4 рубля.

По данным сведениям контора ожидала, что овес будет в хорошей цене. Учитывая малые объемы выращенного в вотчинах графа, собственного овса, предполагалась масштабная его закупка на сумму от 10 до 20 тысяч рублей, с целью получения хорошей прибыли, при условии закупки по 90 копеек и по 1 рублю за четверть.

В заключение предписывалось послать с данного «замечания» копию управителю Усольской вотчины Фомину с предписанием, «…что если он надеется получить барыш, то не упускал времени, приступил бы к покупке». Ему предоставлялось право решать – по какой цене закупать овес и на какую сумму. При недостатке средств на закупку он должен был немедленно уведомлять контору. Необходимые деньги в таком случае могли доставляться ему по почте. При наличии сомнений в получении прибыли – «барыша», Фомин мог не приступать к покупке с обоснованием в донесении конторе.

Также, Фомину предписывалось подтвердить более ранний приказ домовой конторы о присылке генеральной ведомости по всему выращенному и предполагаемому к продаже хлебу. Без данной ведомости отпускать в оптовую продажу хлеб скупщикам, к примеру, тем же крестьянам Поречья-Рыбного, было запрещено. То есть, на лицо точное ведение учетной документации по продаже товарного хлеба. К другому управителю, Патину, посылалось приказание, уведомить о ценах на хлеб контору и Фомина.

Литература и источники:

Морозов А.Г. Торговая деятельность первостатейных крестьян Ростовского уезда в конце XVIII – первой половине XIX в. // История и культура Ростовской земли 2016. Ростов, 2017. С. 294-309.

РГАДА. Ф. 1273. Оп. 1. Д. 536. Журнал входящих бумаг Московской домовой конторы В.Г. Орлова. 1.09.1799 – 31.12 1799 г. 207 л.

Еще раз о крепостных людях ростовских крестьян, нюансах крепостного права и нелегких путях получения «воли»

Уложение для с. Поречья графа В.Г. Орлова [фрагмент] // Титов А.А. Ростовский уезд Ярославской губернии.М., 1885. С. 136.

О крепостных людях ростовских крестьян, купленных для сдачи в рекруты, использования в качестве работников и работниц, записанных на имя своего помещика имеется определенный круг литературы. В маклерских книгах города Ростова конца XVIII – начала XIX в. встретились еще несколько ярких примеров, способов, документальных свидетельств приобретения крестьянами крепостных людей.

Первый акт, датированный 1 января 1800 г. изложен от имени ростовского помещика, прапорщика, Андрея Афанасьева сына Вралова. Рассматриваемый договор помещик А.А. Вралов «дал» Ростовской округи, деревни Чепорова крестьянину Тимофею Ларионову сыну Онучину. Отчества и помещика, и крестьянина указаны в тексте одинаково, как «…ов сын». Наличие у крестьянина фамилии свидетельствует о том, что ему неоднократно приходилось выправлять паспорт для поездок за пределы вотчины, что делали обычно зажиточные, торгующие селяне.

Суть договора в том, что помещик Вралов отдал крестьянину Онучину из Ростовской же округи, деревни Уставской своего крепостного, крестьянина Евдокима Леонтьева, причем не одного, а с его женой Ириной Андреевой. Отдал «в вечное ево владение».

Ниже прямо оговаривается, что Леонтьев с женой были отданы Онучину, чтобы владеть ими до «своей смерти», а затем его наследникам, поскольку в договоре упомянуто слово «наследник». Онучин мог употреблять указанных лиц на «всякие свои работы», а случае непослушания – наказывать.

В данный период существовала практика уплаты крестьянами за своих крепостных подушных денег и податей, от ревизии до ревизии. Такое условие наличествует и в данном акте. Завершает договор формулировка, часто используемая в текстах отпускных: «А мне, Вралову и наследникам моим дела нет и не вступаться».

Среди лиц, подписавших договор, во-первых, сам помещик Андрей Афанасьев Вралов; во-вторых, канцелярист Ростовского уездного суда Федор Степанов Иконников, выступивший как свидетель; в третьих - подканцелярист Ростовского уездного суда Иван Алексеев Юматов, второй свидетель. Отчества свидетелей написаны аналогично.

20 февраля рассмотренный договор был явлен в Ростове маклеру Алексею Привалову, который и внес текст в маклерскую книгу под №32.

Таким образом, перед нами пример передачи помещиком права владения крепостными, своих феодальных привилегий, лицу, которое само состояло в крепостном, податном сословии. Можно предположить, что небогатый помещик мог расплатиться с богатым торговым крестьянином своим живым имуществом за денежные долги. В маклерских книгах есть документальные свидетельства, когда помещики брали в долг деньги, с уплатой процентов, у торгующих крестьян, или у крестьян - ростовщиков.

Второй договор датирован 19 февраля 1806 г., изложен от имени вольноотпущенной от госпожи, дворянской девицы Елизаветы Васильевны Грековой девки Федосьи Семеновой. Федосья дала обязательство Ростовской округи, вотчины Его Сиятельства графа Владимира Григорьевича Орлова села Поречья крестьянской девке Пелагее Ивановой Головиной. Указано село Поречье, расположенное в окрестностях Ростова, владелец села с указанием титула, полного имени и отчества. Пелагея Иванова имела фамилию – Головина.

По условиям, Головина выплачивала упомянутой госпоже Грековой 210 рублей за получение Федосьей вольной. Затем, Федосья должна была жить у Головиной в услужении весьма длительный срок - 20 лет, отрабатывая деньги. Отметим, что в подобных договорах это самый большой срок отработки, составлявший обычно от 8 до 12 лет. У Федосьи имелась возможность уйти от Головиной ранее указанного срока, заплатив ей оставшуюся сумму. В подтверждении указанных условий Федосья передала в руки Головиной подлинник полученной от помещицы Грековой своей отпускной.

Таким образом, перед нами переход живого имущества, крепостной девки, от помещицы к лицу, имеющему аналогичный социальный статус крепостной, через предоставление денег на выкуп и закабаления на длительный срок. Отметим, что в больших ростовских приозерных селах женщина - крестьянка из богатой семьи могла владеть своим обособленным имуществом, доставшимся ей по наследству, завещанию, брачному контракту, семейному разделу или дарению.

Литература и источники:

Морозов А.Г. Проблема обеспечения рабочей силой в ростовском огородничестве// Вестник Поморского университета. 2007. Серия «Гуманитарные и социальные науки». № 8. С. 31-35.

Крепостныелюди ростовских крестьян-огородников в конце XVIII - 1-й половине XIX вв. // Газета «Ростовская старина» № 142 от 23.12.2008. и №30 от 28.04.2009.

Морозов А.Г. О выкупе на волю ростовских крестьян в конце XVIII – первойполовине XIX в. // Трефолевские чтения: историческое и литературное краеведение русского города XVIII-начала XXI века. Ярославль, 2012. С. 79-85.

Поречье-Рыбное: крестьянские дома. Дом Подгорновых

Вид с востока. Фото здесь и ниже: А.Г. Морозов, 7 июля 2017.

Адрес: пос. Поречье-Рыбное, ул. Булатова, дом №1, на "Заречье".

Описание: одноэтажный, с мезонином, жилой дом, нижний этаж кирпичный, оштукатуренный, мезонин бревенчатый, обшитый тесом. Главный северо-восточный фасад  в пять оконных осей имеет асимметричную композицию, в три и два окна. Первоначально, судя по кованым петлям внутри дома и двум кованым коновязям на северо-восточном углу лицевого фасада, комната в два окна представляла собой проезд во двор. Это говорит о том, что вокруг дома, при его постройке была плотная застройка, позже уничтоженная пожарами. Декор фасада первого этажа составляют простые лопатки на углах объема и в местах внутренних капитальных стен, штукатурные, рамочные, профилированные снизу наличники окон. Первый этаж отделен от второго профилированной тягой, полочкой.

Вальмовая железная крыша несет мезонин под двухскатной кровлей.  Окна мезонина оформлены резными наличниками и завершены шипцовыми сандриками с заплечиками. Накладной и пропильной орнамент украшает наличники и сандрики.  Фризы украшены очень простым, узким накладным орнаментом.

Во внутренней планировке комнаты 1-го этажа расположены по оси главного фасада. К основному, кирпичному объему здания с юго-запада был пристроен бревенчатый мост, внешние стены которого были заменены в XX в. кладкой из силикатного кирпича. Однако внутренняя бревенчатая стена сохранилась. На мосту, за комнатой в два окна, расположена полувинтовая лестница в мезонин, его холодную, западную часть. С южной и с юго-западной сторон к дому прилегают тесовые и кирпичные закрытые крыльца.

Мезонин имеет большую комнату с тремя окнами по главному фасаду и кухню с филенчатой дверью, русской печью и изразцовой лежанкой, несущей фрагменты изразцов XVIII – начала XX в. Узкая лестница на чердак – в западной, мостовой, холодной части мезонина.
Предполагаю, что кирпичный 1-й этаж - начала XIX в., а мезонин, холодный бревенчатый мост 1-го этажа с лестницей были выстроены после большого пожара Поречья 9 мая 1887 г., когда сгорел даже "Большой" мост вместе с прилегавшей к нему застройкой.

Легенда: Во второй половине XX в. в доме располагались квартиры на несколько семей. По воспоминаниям старожила Лидии Яковлевны Парыгиной дом в начале XX в. принадлежал местному, поречскому роду Подгорновых, уехавших из Поречья в разные города. Ныне в Поречье нет ни одного представителя этого рода.

Подгорновы – коренной род богатых поречских крестьян, который упоминается в ревизских сказках села Поречья-Рыбного XVIII – первой половины XIX в., в списках лиц, проживающих в селе, в документах домовой конторы графа В.Н. Панина в связи с выкупом части рода на волю, а также в воспоминаниях крестьянина села Угодичи А.Я. Артынова.

Крестьянин Александр Яковлевич Артынов вспоминал: «К приезду моему из Питера мать моя озаботилась женить меня и просила быть сватом Ивана Иванова Миронова. Невестой для меня в с. Угодичах была старшая дочь Андрея Михайловича Дюкова, но вышли какие-то стародавние капризы у моей матери с ними, и она не хотела слышать про эту невесту, хотя Дюков и непрочь был породниться; он выдал её за Александра Алексеевича Малышева.

Я поэтому смотрел следующих невест: 7 января в Ростове у купцов Фёдора Фёдоровича Бабурина и у Кетовского, а 16 января смотрел Борисоглебскую невесту в доме Курочкина у Яковлевского монастыря в Ростове; 18-го смотрел невесту в с. Поречье у Ивана Андреевича Подгорнова, его сестру, с которой долго тянулось дело почти решённое, но не состоялось потому, что долго не получена была вольная невесте из Петербурга от их помещика; она впоследствии была выдана за вдовца Василья Ильича Лисицына».

Рассмотрим выкуп на волю в 40-е гг. XIX в. на примере крестьянина с. Поречья Ивана Андреева Подгорнова. В начале было написано его прошение на имя графа В.Н. Панина о получении вольной. Последовала резолюция графа своему Главному вотчинному правлению в Москве: «1845 г. ноября, 2. Объявить Ивану Подгорнову, что он не иначе может получить отпускную для себя и семейства своего как по предварительном исполнении с его стороны следующего: 1) Продать дом в селе Поречье одно-вотчинным крестьянам. 2) Продать участок земли в Санкт-Петербурге одно-вотчинным крестьянам. 3) Согласно приговору общества внести в господскую сумму 1500 руб. серебром. 4) В обеспечение платежей податей до будущей ревизии за 2 души внести 120 руб. серебром».

Графское распоряжение вызвало переписку между двумя вотчинными правлениями: главным московским и местным поречским. 15 июня 1846 г. поречскому вотчинному правлению сообщалось, что помещик дал согласие на дарование «вечной свободы» крестьянину Ивану Андрееву Подгорнову с женой Александрой, но с тем, чтобы Подгорнов предоставил вотчинному правлению подписку об отречении от принадлежавшего ему дома в Поречье и участка земли Петербурге в пользу матери и брата. Лишь при исполнении этих требований местное вотчинное правление могло принять от него 900 руб. сер. в пользу господской суммы и 100 руб. сер. в мирскую сумму на платеж податей до будущей ревизии.

Следовательно, сумма выкупа была несколько снижена. После доставления 900 руб. из Поречья в главное вотчинное правление Подгорнову могла быть выслана отпускная, для которой от поречского вотчинного правления потребовали описание примет крестьянина и его жены. 16 августа 1846 г. главное вотчинное правление уведомляло поречское, что деньги за дарование вечной свободы крестьянину Ивану Подгорнову получены. Наконец, в село из столицы последовало решение: «1846 г. октября, 18 дня. Поречскому Вотчинному правлению с препровождением подписанной Его Сиятельством отпускной Ивану Подгорнову». В 1853 г. Иван Подгорнов ростовский купец III гильдии, который «более 6 месяцев в году живет и торгует в Петербурге». А дом в Поречье остался за его братом Николаем.

Источники и литература:

Морозов А.Г. К вопросу о социальном и имущественном статусе поречских крестьян в первой половине XIX в. // История и культура Ростовской земли: материалы научной конференции 1999. - Ростов, 2000. - С. 125-132.

Морозов А.Г. О выкупе на волю ростовских крестьян в конце XVIII – первой половине XIX в. // Трефолевские чтения: историческое и литературное краеведение русского города XVIII-начала XXI века. Ярославль, 2012. С. 79-85.

Воспоминания крестьянина села Угодичи Ярославской губернии Ростовского уезда // Воспоминания русских крестьян XVIII — первой половины XIX века.  М.: Новое лит. обозрение, 2006.  С. 275—416.

РФ ГАЯО. Ф. 113. Оп. 1. Д. 1. Л. 53.

РГАДА. Ф. 1274. Оп. 1. Д. 1273. Л. 77, 79 об. 82 об. 83 об., 84.

РФ ГАЯО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 2926. Л. 20 об.

Благодарю Татьяну Юрьевну Самойлову за содействие в обследовании дома, предоставление фотографий и сбережение семейного фото альбома семьи Малеевых.

Контракт аренды ростовцами огородной земли у Тихвинского монастыря, 1824 г.

Архимандрит Илларио́н (в миру Иван Андреевич Кири́ллов (1776-1851). С 21 марта 1823 г. по 2 апреля 1851 г. архимандрит Тихвинского Успенского монастыря

В своих воспоминаниях крестьянин села Угодич Александр Яковлевич Артынов (1813-1896) писал, что его отец, Яков Дмитриевич, после ярмарки в Тихвине, оставался там огородничать на монастырских огородах Тихвинского большого монастыря. Приезжал он домой уже в декабре месяце в разные числа. На ежегодную Тихвинскую ярмарку в город свозились товары со всего центра России и ближнего зарубежья. После открытия 1811 г. Тихвинской водной системы, соединившей Волгу с Балтийским морем, город приобрел еще большее экономическое значение в жизни страны и стал важным перевалочным пунктом для торговых судов, следовавших на Нижегородскую ярмарку.

Первый раз А.Я. Артынов побывал в Тихвине в 1822 г., в возрасте восьми лет. 17 января 1823 г. его отец, Яков Дмитриевич, при освящении воды в Угодичах, на праздник Богоявления Господня, от сильного холода простудил голову, слег в постель и умер в возрасте 63 лет. «По смерти отца я остался единственный его наследник; мне было тогда 10 лет; составилась по малолетству домашняя опека из двух сватов отца, купца Василья Афанасьева Малышева и Андрея Гаврилова Грачева». Старшие сестры Александра Яковлевича, Мария была выдана в Ростов за Гаврила Васильева Малышева, а Анастасия - в село Сулость за Дмитрия Андреева Грачева.

«Опекуны, - вспоминал Александр Яковлевич, - повели речь о городе Тихвине. Кому и как там управлять огородами? Мать моя в этом деле была неопытна. У зятя Грачева был свой огород в Питере; зять ростовский, Гаврила Васильев Малышев, был уже с отцом моим по три года в Тихвине, и моя мать, по своему расположению к этому ростовскому зятю, отдала ему все огородное заведение; она выговорила впрочем, чтоб он занялся моим воспитанием. Когда нужно было ехать в Тихвин на ярмарку, то отправились: мать моя, зять Гаврила и я; дома же была оставлена старшая сестра моя Марья — жена Гаврилы Малышева, с двумя работницами, так что опущения в хозяйстве не было нисколько». Таким образом, огородное заведение Артыновых в Тихвине перешло под управление ростовских купцов Малышевых - опекуна и зятя.

По отчетам зятя Гаврилы, отданным опекуном, его отцом В.А. Малышевым, лето 1823 г. было для огородничества самое плодотворное и успешное. «Приезд Государя в Тихвин был в самый сбор всех плодов, и потому расход на плоды слишком велик, прилив же разного рабочего народа в город был огромный, - вспоминал Александр Яковлевич. - Это произошло оттого, что приводились в благовидное состояние трактовые дороги на тех пунктах, где поедет Государь, и в самом городе устраивались проспекты и красились обывательские дома. Все это для торговли огородными овощами было очень прибыльно, так что у нас за всем расходом оказалось пользы более 6000 рублей ассигнациями. На всю эту сумму зять без всякого видимого документа, по одному будто бы словесному желанию моей матери, взял себе, как и все огородное заведение; давно ведь уже сказано: «Греча не хлеб, а зять не кормилец».

В маклерской книге города Ростова нами обнаружен договор аренды огородной земли у Тихвинского монастыря, датированный 4 марта 1824 г. Скоропись, довольно хороший подчерк, чернила черного цвета. Его заключили архимандрит Тихвинского Большого монастыря Илларион с братией и ростовский купец Василий Афанасьев Малышев со своими детьми Гаврилой и Александром.

Суть договора в том, что упомянутые Малышевы взяли у отца архимандрита с братией во владение «из оброку», то есть в аренду, под выращивание овощей, монастырскую огородную землю. Указывается срок аренды – «впредь на восемь годов», с начала января текущего года «по будущий 1823 г. января по первое число». Таким образом, здесь в тексте документа была допущена ошибка: следовало написать -1833 г. Ниже условия изложены по пунктам, определявшим границы взятой в аренду огородной земли: Во-первых, у конюшенного двора, подле казенного польца(?), вверх по бугор, до межи, где растет(?) хлеб. Во-вторых, по другую сторону, напротив выстроенных новых гостиных келий и вокруг деревянного монастырского гостиного двора; за перелогом, напротив бани и за озерком, что у бани всю землю с покосом. В третьих, в самом монастыре, от задних ворот, по левую сторону, за кузницей и кухней, до передних ворот. «Одним словом всю сторону к полудни, кроме сенокосу, не включая только к северу монастырский сад».

Среди условий указывается вывоз на эти огороды монастырского навоза собственными лошадьми арендаторов «из конского или коровьего дворов». Из других мест навоз оставлялся монастырю, для удобрения «пашенной земли». Очевидно полевых угодий.

Важное место в договоре занимает подробное описание арендной платы. Вместо денег Малышевы обязались ежегодно давать в монастырь овощи, из огородного произрастания. Таким образом, аренда взималась натурой. Какие именно овощи принимал монастырь в качестве арендной платы, в документе также расписано по пунктам: Во-первых, капусты сто гряд, «где потребно будет монастырю взять безобидно». То есть по выбору. «По условию с огородником, - вспоминал А.Я. Артынов, - монастырь отбирал для обители в число аренды известное количество гряд капусты. Казначей со старыми иеромонахами, числом человек 6, бывало, идут отбирать по договору капусту самую хорошую; после этого оставшуюся капусту огородник и будет уже продавать гражданам». Во-вторых, огурцов по двадцати тысяч. По разным источникам огурцы в XVIII-XIX веке считали не на вес, а поштучно. Если пересчитать, в одном кг средних огурцов около 12 шт. 20 000 огурцов составляет около 1 тонны 670 кг. В третьих, моркови по десять гряд. И далее по пунктам: свеклы по двадцать гряд; по одной гряде петрушки и пастернака; лука репчатого - тридцать восемь четвериков; картофеля - 48 четвериков [Все суммы, цифры в документе, кроме картофеля, указаны прописью – А.М.]. Редьки пять гряд; хрена молотого два пуда; шалфея два пуда; мяты один пуд. Таким образом, в качестве арендной платы натурой представлен довольно большой набор огородных культур, овощей и трав, которые выращивались ростовцами на рынок, за исключением, как видим, спаржи.

Кроме вышеперечисленного, сверх него, ростовцы должны были поставить заметный объем «огородных произрастаний» для находившегося при монастыре духовного училища, который в документе также перечислен по пунктам: двадцать гряд капусты; десять четвериков лука; семь гряд лука зеленого, расположенных «у поварни» упомянутого учебного заведения.

В тексте договора ниже следует условие, что Малышевы «дали» такой договор чтобы по истечении срока его действия данные огороды вновь были отданы им с доставлением монастырю всех прописанных овощей. В случае «великого неурожая огурцов и прочего» монастырь был обязан войти в положение арендаторов и «благоволить» сделать по арендной плате «снисхождение». В течение всего срока аренды монастырских огородов ростовцы должны были вести себя «как честному и доброму гражданину подобает». Работников держать в хозяйской строгости, с законными и явленными в городовом правлении паспортами. В противном случае арендаторы должны были отвечать по законам сами, при нарушении каких-то пунктов договора должны были стараться не допускать дела до суда и «…что потребно будет монастырю обязаны заплатить безоговорочно».

Монастырь соблаговолил выдать Малышевым копию рассмотренного контракта, с подписью настоятеля. Ниже, под текстом договора, другим подчерком, стоят подписи ростовского купца Василия Афонасьева Малышева, ростовских купеческих сыновей Гаврилы Васильева Малышева и Александра Малышева. 4 марта 1824 г. данный контракт был явлен в Ростове у маклерских дел. В маклерскую книгу, под №189, его записал маклер Николай Носов. Ниже под текстом договора следует приписка: «оной контракт получил ростовской купец Василий Малышев».

Таким образом, вышерассмотренный контракт, является прямым документальным свидетельством, почти в деталях подтверждающим воспоминания крестьянина А.Я. Артынова о масштабной торговой и огородной деятельности его отца и родственников в Тихвине, коммерческих и личных долговременных контактах ростовцев с Тихвинским монастырем.

Литература и источники:

Воспоминания крестьянина села Угодичи Ярославской губернии Ростовского уезда // Воспоминания русских крестьян XVIII — первой половины XIX века.  М.: Новое лит. обозрение, 2006.  С. 275—416.

РФ ГАЯО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1190. Л. 31.

Об устройстве серебренных царских врат в храме Никиты мученика Поречья-Рыбного

Степанов А.А. Иконостас Никитской церкви с. Поречье. кон. ХIХ в.
Собрание музея-заповедника «Ростовский кремль». 16,1 х 23,1 см

Краевед Андрей Александрович Титов (1844-1911) в своей работе «Ростовский уезд…», довольно подробно характеризует богатство храмов села Поречья-Рыбного. Среди материальных и художественных ценностей зимнего храма великомученика Никиты он выделил серебренные, вызолоченные через огонь царские врата большого размера, с превосходно вылитыми из серебра же изваяниями евангелистов и указал их вес – 2 пуда 20 фунтов, 80 золотников. Эти серебренные царские врата хорошо видны на фотографиях иконостаса зимней церкви конца XIX – начала XX в.

В маклерский книге города Ростова за 1824 г. отложился контракт, связанный с заказом на изготовление данных царских врат. Рассмотрим его.

Контракт датирован 29 февраля 1824 г. Его заключили, с одной стороны, Ярославской губернии, города Углича, мещанин Михаил Александров Хорхарин, а с другой - Ростовской округи, вотчины Его Сиятельства графа Владимира Григорьевича Орлова, села Поречья бурмистр Дмитрий Панкратьев Бочагов и поречский крестьянин Иван Борисов Лалин. Отметим, что только отчество графа Орлова дано, как «…вич». Отчества мещанина и крестьян написаны, как: «…ов».

Документ изложен от имени Хорхарина, который подрядился сделать в храм Никиты мученика села Поречья, по избранному заказчиками рисунку, Царские врата. Должной пробы, серебренные, по золоту чеканные, цельные, с накладными колоннами в приличных местах; стройной, лучшей работы, как в чеканке, так и в позолоте. Изготовление врат оплачивал, «на собственный кошт», крестьянин И.Б. Лалин.

В тексте контракта указывается, что примером для мастера в уровне искусства работы должны были служить им же сделанные ризы, на иконы Христа Спасителя в Ростовском Успенском соборе. По своей конструкции врата изготавливались на медных рамах. Вес белого серебра, кроме рам, должен был составить не более 2 пудов 15 фунтов, ценой за каждый пуд по 5000 рублей. Золота предполагалось употребить на золочение, за каждый золотник по 20 рублей, на сумму до 3000 рублей. Все суммы в тексте указаны прописью. По своим габаритам новые врата в длине и ширине должны были соответствовать старым вратам, размер которых не указан. Упомянутые медные рамы мастер должен был изготовить на свой кошт, не требуя за них никакой платы.

На изготовление царских врат мастеру отводилось 5 месяцев с момента заключения контракта. При его подписании Хорхарин получил от крестьянина И.Б. Лалина и бурмистра Д.П. Бочагова задаток в сумме 2000 рублей. При доставке врат в Поречье мастер получал от Лалина еще 1000 рублей. Затем, при установке, еще 9000 рублей, а последнюю сумму – по расчету, от бурмистра Бочагова или другого лица, «кому им приказано будет». Стороны обязались соблюдать условия контракта «свято и нерушимо».

Подписи в контракте М.А. Хорхарин и поречский бурмистр Д.П. Бочагов поставили «своеручно». За крестьянина И.Б. Лалина, по причине весьма плохого его зрения, по его просьбе, расписался церковный староста Поречья-Рыбного, крестьянин Василий Федорович Рогов. 3 марта 1824 г. стороны явили контракт в Ростове у маклерских дел. После записи текста контракта в маклерскую книгу под №184 подлинный документ получил к себе на хранение бурмистр Бочагов. Ниже стоит подпись маклера «Н…ев» [неразборчиво – А.М.], а также бурмистра Бочагова в получении к себе подлинника.

Таким образом, обнаружен датированный 1824 г. текст контракта, который раскрывает создание важного элемента иконостаса – Царских врат, в одном из богатейших храмов Ростовского уезда – Великомученика Никиты, в крупном, торгово-промышленном селе Поречье-Рыбном. Использование при изготовлении врат такого количества серебра и позолоты говорит о богатстве местных крестьян, занимавшихся торговлей и промыслами. Наконец, в тексте документа прямо указан благотворитель, жертвователь на устройство врат – поречский крестьянин Иван Борисович Лалин, находившийся, очевидно, в преклонном возрасте.

В январе 1930 г., при закрытии церквей, как свидетельствует снимок ростовского фотографа С.Ф. Агафонова, данные царские врата были утрачены.

Источники:

Титов А.А. Ростовский уезд Ярославской губернии. М., 1885. С. 144.

РФ ГАЯО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1190. Л. 30.

Сотрудники Ростовского музея на научных чтениях «Книжная культура Ярославского края» в Ярославской областной библиотеке им. Н.А. Некрасова

C 11 по 18 апреля 2017 г. в Ярославской областной универсальной научной библиотеке имени Н.А. Некрасова проходит ежегодная выставка-ярмарка «Книжная культура Ярославского края», которая в нынешнем году стала юбилейной, двадцатой по счету.

По сложившейся традиции, в эти дни в библиотеке работают книжная выставка и книжная ярмарка, устраиваются встречи с читателями и презентации новых изданий. Организуются научные чтения, на которых исследователи книжной культуры обсуждают вопросы источниковедения, книговедения и археографии.

В 2017 г. Межрегиональная научная конференция «Книжная культура Ярославского края» состоялась 10-11 апреля. В ее работе активное участие приняли сотрудники музея «Ростовский кремль», представив следующие доклады:

Александр Гаврилович Мельник, к.и.н., заведующий архитектурным отделом

Житийные иконы ростовских святых XVI – XVIII веков

Ярослав Евгеньевич Смирнов, к.и.н., заведующий редакционно-издательским сектором

А.И. Кельсиев и его «Записка об обоснованиях деятельности и проект устава Историко-этнографического музея в г. Ростове Ярославской губернии» (к истории создания и публикации)

Татьяна Владимировна Колбасова, заведующая Картинной галереей

Русский религиозный лубок XVIII - нач. XX вв. из собрания А.А. Титова в коллекции Ростовского музея

Алла Евгеньевна Виденеева, к.и.н., Надежда Владимировна Грудцына, старшие научные сотрудники исторического отдела

Спасо-Яковлевский Димитриев монастырь в периодической печати: обзор публикаций 1991-2009 гг.

Надежда Владимировна Грудцына, Алексей Геннадьевич Гуменюк (г. Санкт-Петербург)

«Ерофей Огороднов «Моя жизнь»: История одной семьи

В завершающий день конференции, 12 апреля, вечером, в библиотеке состоялась презентация новой книги петербуржца Алексея Геннадьевича Гуменюка – исследователя истории крестьянского рода Огородновых, который был связан с Ростовом. В презентации книжного издания участвовала Надежда Владимировна Грудцына.

Великие села земли Ярославской, они заслуживают серьезных исследований и изданий. Таким ощутимым вкладом в историю нашего Ярославского края стала книга «Села Великого Крестьяне», изданная в 2017 году в Санкт-Петербурге. 12 апреля в Областной универсальной научной библиотеке имени Н.А. Некрасова состоялась её презентация. Издание представил автор-составитель Алексей Гуменюк.

«Села Великого Крестьяне» - поистине народная книга. Значительная её часть – это воспоминания великосельских крестьян, С.Д. Пурлевского и Е.И. Огороднова. Мемуары первого – «Воспоминания крепостного», охватывают историю села 1 пол. XIX в. Они представлены в книге как репринт первого издания рукописи бывшего бурмистра села, состоявшегося в журнале «Русский вестник» (1877, №№ 7,9).

Воспоминания Е.И. Огороднова в деталях рисуют картину жизни не только автора и его семьи на протяжении кон. XIX – 1 пол. XX вв., но и гг. Ростова, Иваново, а, главное, с. Великое. Ерофей Иванович навсегда сохранил любовь к своей малой родине.

В книге впервые опубликованы более ста редких фотографий из архивных, музейных фондов, из семейных архивов, а также интересные и важные документы – «Купчая крепость на село Великое и Плещеево 1780 г.» и «Подворная опись Крестьянам Села Великого» 1853 г., обнаруженные в Российском государственном историческом архиве А.Г. Гуменюком. Алексея Геннадьевича, по праву можно считать ярославским краеведом, историком с. Великое и удивительного рода Огородновых, выходцев из знаменитого села. Вдвойне отрадно, что в этом народном издании приняли участие великосельские краеведы – подлинные энтузиасты, неутомимые, неравнодушные люди - Галина Николаевна Сутугина, Татьяна Анатольевна Басова и многие другие, а также юные великосёлы, учащиеся местной школы А. Павлова и Д. Калистратова.

Книга «Села Великого Крестьяне» была издана при поддержке депутата Ярославской областной думы Н.И. Бирука и главы администрации Великосельского сельского поселения Г.Г. Шемета, что ещё раз доказывает её народный характер.

В книгу также вошёл документ, хранящийся в ГМЗ «Ростовский кремль» и опубликованный в 2013 г., – «ОписаниеРостовской ярмарки», сделанное в 1927 году учащимся девятилетки (Гимназия имени А.Л. Кекина) Михаилом Огородновым, сыном Ерофея Ивановича Огороднова. автора воспоминаний «Моя жизнь».

Книга «Села Великого Крестьяне», по большей части документальная по характеру, интересна и полезна для всех интересующихся историей страны и земли Ярославской, она рассчитана и на широкий круг читателей, и на специалистов.

Доклады библиотечных научных чтений 2017 г. в следующем году будут опубликованы в сборнике статей и материалов «Книжная культура Ярославского края».

Алла Виденеева, Надежда Грудцына