Ростовцы в Оренбурге

19 (30) апреля 1743 года — официальная дата основания Оренбурга на его современном месте. Город был заложен в третий раз после двух предыдущих попыток. Впервые крепость заложили в августе 1735 года у слияния рек Орь и Яик (сейчас — Урал), но из-за сильных весенних паводков место пришлось перенести. В 1741 году город заложили ниже по течению Яика, на Красной горе, но и это место оказалось неподходящим. Окончательное решение принял новый руководитель Оренбургской экспедиции Иван Иванович Неплюев. Он выбрал место у впадения в Яик реки Сакмары, окружённое лесами и пахотными землями. Это место стало историческим центром Оренбурга.

Ростовские купцы играли значительную роль в основании Оренбурга. Город стал ключевым центром торговли со Средней Азией благодаря усилиям властей и многих ростовских купеческих династий, таких как Кекины и Милютины, Мальгины и Кайдаловы, Одинцовы, Дюковы и Веснины. В различных оцифрованных документах Государственного архива Оренбургской области можно встретить несколько сотен упоминаний ростовцев разных сословий.

Сведения об Уральской и Бухарской торговле ростовских купцов содержатся и в источниках личного характера. Таких, как воспоминания известного ростовского и петербургского купца Алексея Леонтьевича Кекина (1838-1897), а также его двоюродного деда и крестного Михаила Алексеевича Кекина (1790-1865). По семейному преданию Алексей Дмитриевич Кекин (около 1716-1769) был привлечён И.И. Неплюевым к выбору места для основания крепости и города Оренбург, как человек, знающий местные обстоятельства. Деятельность А.Д. Кекина была настолько успешной, что он оставил сыновьям значительный капитал и дом в Ростове. Именно «азиатская торговля» сделала их первыми ростовскими богачами.

«…дед наш Алексей Дмитрич был приглашен генералом Неплюевым для советов, при котором почти и был нерозлучно всегда единственным сотрудником избрания и основания крепости и города Оренбурга, равно и проведения линии Оренбургской, при проведении которой генерал всегда требовал советов деда нашего Алексея Дмитрича и никакие предприятия по устройству без предварительного одобрения Кекина не предпринимал. Из таковаго сведения ясно определить можно, что предки рода нашего были первыя торговцы при Оренбургской линии и участвующие в основании Оренбургской крепости и линии того края».

Ростовские купцы отправляли в Оренбург и Уральск мануфактурные товары: ткани, одежду, изделия местных промыслов (например, кожевенные изделия, галантерею). В обратном направлении везли специфические товары из Средней Азии: кожи, шерсть, хлопок, специи, чай, шёлковичные коконы. Также в караванах перевозили драгоценные металлы: медные «екатерининские» пятаки, золотые и серебряные монеты, которые затем переплавлялись в ювелирные изделия на Востоке.

В Оренбурге формировались караваны, направлявшиеся в Бухару, Хиву, Коканд и другие среднеазиатские государства. Меновой двор в Оренбурге был главным местом торговли: туда стекались караваны с восточными товарами, а европейские торговцы закупали продукцию для дальнейшей перепродажи.

Восстание под предводительством Емельяна Пугачёва (1773–1775), участие в этих событиях Алексея Григорьевича Кекина (1740-1802), также нашло свое отражение в летописце его сына, М.А. Кекина:

«…родитель мой Алексей Григорьевич более года одно время не мог быть и в Ростове, а всегда проживал в Оренбурге, Москве и Петербурге, паспорты получал в Егермейстерской конторе. Во время Пугачевскаго бунта находился в засаде в Оренбургской крепости и в продолжении всего времени осады, которая продолжалась около полугода, был в числе защитников не по названию токмо, а в настоящем действии, поочередно ходил в караул на крепостной вал, а во время тревог назначаем был к орудиям для подачи зарядов и при прочих исправлениях, имеемых быть при действиях при обороне крепости, которая была от бунтовщиков в осаде. Но помощию Всевышняго сохранен невредим и возвратился в дом для утешения своего скорбнаго семейства».

Торговля с Азией была сопряжена с большими рисками. Караваны подвергались нападениям кочевников (киргиз-кайсаков), а путь через пустыню был сложным и опасным. Купцы ориентировались в пустыне не только по звёздам, но и по останкам верблюдов и другим следам погибших караванов.

«Во все разы грабления караванов попадали и Кекины; и в один такой разгром попал Алексей Григорьевич Кекин. Так ограбили его, что, по возвращении из Бухары остатков каравана, у А.Г., по продаже им Бухарских товаров, оказалось капиталу ровно столько, сколько он был должен, а собственный весь погиб. Так, продавши товар и собрав деньги, стал затем платить всем 1 р[убль] за 1 р[убль]. Многие кредиторы, зная дело, удивлялись тому. В числе прочих А.Г. был должен С.-Пб[ургскому] купцу Кусову 120.000 р. на тогдашния деньги; и, собравши деньги, приехал в Петербург и принес Кусову 120.000 р. все сполна; но тот, имея с ним много лет дела, отдал ему назад 40.000 р. в долг на покупку других товаров, и сам, имеющих[ся] у него своих товаров, отпустил в долг А.Г. на 50.000 р. Этот кредит Кусова пошел в пользу А[лексею] Г[ригорьевичу] и он вскоре возвратил потерянный капитал, вновь взявшись за Бухарскую торговлю и Хивинскую. Однако, торговля эта, принося пользу, вся была основана на риске потерять все имущество; и так как грабежи и в 1800-х годах еще не прекращались, то А.Г. Кекин завещал детям прекратить это дело, что в нем не только можно потерять состояние, но и лишиться честнаго имени. И так дети совершенно прекратили».

Известен также Кайдалов Евграф Савич - ростовский купец, начальник торгового каравана, направленного в Бухару (1824-1825). С помощью старшего брата, купца 1-й гильдии в Москве, организовал и возглавил караван, который, по замыслу оренбургского военного губернатора П.К. Эссена, должен был наладить регулярные торговые отношения с Бухарой. Фактическим руководителем миссии являлся полковник С. Т. Циолковский, номинально осуществлявший лишь «воинское прикрытие» каравана. До Бухары караван не добрался, столкнувшись с враждебными действиями Хивы и подвластных ей казахов. Тем не менее, по итогам поездки Кайдалов составил трехтомные «Караван-записки», в которых, в частности, нашли отражение сведения о торговых сборах в Хиве, борьба Ташкента за независимость от Кокандского ханства и др.

Определённое место в историографии, в исследованиях, посвящённых истории Средней Азии, российско-бухарским отношениям и жизни русских подданных в среднеазиатских ханствах в XIX веке занимают «ЗапискиН. В. Одинцова о плене его в Бухаре», опубликованные в 1906 году в «Русском архиве». Данный источник относится к категории мемуарных материалов, которые ценны как свидетельства очевидцев и позволяют дополнить официальные документы субъективными наблюдениями и деталями повседневной жизни: условиях пребывания русских в Бухаре, особенностях быта, нравов и управления в Бухарском эмирате, личных переживаниях автора, оказавшегося в плену в чужой стране. Материалы важны для изучения культурного и социального взаимодействия России и Средней Азии, а также для анализа восприятия среднеазиатских государств русскими современниками.

Была в Оренбурге «Дюковская линия», получившая свое название от фамилии купцов Дюковых, происходивших из крестьян подростовного села Угодичи. С 1811 года Андрей Михайлович вёл торговые дела в Оренбурге и по Оренбургской линии в компании со своим шурином (братом жены Анны) П.А. Весниным, а потом и с подросшим братом Василием. До начала 30-х годов XIX века А.М. Дюков торговал в Оренбурге по крестьянскому торговому свидетельству 3-го рода, а затем 2-го рода.

В 1845 году угодичское общество свободных хлебопашцев удовлетворило прошение Андрея Михайловича и уволило его в купечество со всем семейством, которое состояло из жены Анны Андреевны (в девичестве Весниной), сына Николая и семьи брата Василия. В том же году Андрей Михайлович просил оренбургское купечество о принятии его в городское купеческое сословие. В нем он и состоял до 1848 года, а с 1849 года и до смерти в 1854 году – вновь в ростовском купечестве во второй гильдии. Похоронен Андрей Михайлович был в Оренбурге. После его смерти его вдова также объявляла до 1855 года капитал по второй гильдии, а потом перешла в первую.

Шурин А.М. Дюкова, уроженец села Угодичи, ещё один известный ростовский купец — Пётр Андреевич Веснин (ок.1790-1870). За развитие «азиатской торговли по Оренбургской линии» и сбыт российских товаров в Среднюю Азию он был награждён золотой медалью в 1843 году.

Помимо купечества, торговлю по Уральской линии вело и зажиточное ростовское крестьянство. В своих воспоминаниях крестьянин А.Я. Артынов, на основании переписки своего отца с односельчанами, бывшими в приказчиках у ростовских купцов, пишет: «Отец ежегодно выезжал на ярмарку в Тихвин, которая была одновременно с Ростовской, торговал там свежей Уральской рыбой, соленой Саратовской и огородными семенами…». Воспоминания А.Я. Артынова подтверждаются контрактами о поставке красной рыбы в Санкт-Петербург, в маклерских книгах города Ростова. Масштабы оптовой торговли состоятельных крестьян были сопоставимы с купеческими. Некоторыми из них торговля осуществлялась через собственные конторы со штатом приказчиков, комиссионеров.

Литература и источники:

БУРЛУЦКАЯ Е.В., ОБНОРСКАЯ Н.В. ДЮКОВЫ И ВЕСНИНЫ: РОСТОВСКОЕ КУПЕЧЕСТВО В ИСТОРИИ ОРЕНБУРГА // Купечество оренбургское. Сборник статей. Оренбург, 2016. С. 23-31.

Крестьянинова Е.И. Торговые связи ростовского купечества. Наши в Оренбурге // «Ростовская старина» №153 / Газета «Ростовский вестник» 26 октября 2010. №82.

Кекин М.А. Кекинский летописец [Сообщ.] А.А. Титова / [Летописец Михайла Алексеевича Кекина (1790-1865)] Ярославль, 1887. С. 2-3.

ГМЗРК. Р-468. Рукопись была прочитана и переведена И.В. Сагнаком (3/4 объема) и Е.И. Крестьяниновой (1/4 объема); ГМЗРК. О-12.

Кайдалов Е.С. Караван-записки, во время похода в Бухарию российского каравана, под воинским прикрытием, в 1824 и 1825 годах. М., 1828. Части I-III.

Записки Н.В. Одинцова о плене его в Бухаре // Русский архив. 1906, №5.

Воспоминания крестьянина села Угодичи Ярославской губернии Ростовского уезда Александра Артынова / Предисл. А.А. Титова. М., 1882. С. 14, 47.

РФ ГАЯО. Ф. 204. Оп. 1. Д. 3357. Маклерская книга за 1803-1805 годы. Л. 122, 124-124 об.

Ил. 1. «Оренбургская крепость». Военная энциклопедия Сытина (Санкт-Петербург, 1911–1915).

Ил. 2. Пистолет кремневый, седельный, XVIII в., сталь, медь, дерево, ковка, чеканка, гравировка // Собрание ГМЗ «Ростовский кремль». Поступил в Ростовский музей в 1886 году от санкт-петербургского купца, уроженца города Ростова, Алексея Леонтьевича Кекина (1838—1897).

Ил. 3. «Проект каменного с палаткой флигеля Потомственного почетного гражданина Николая Андреевича Дюкова в 3 части г. Оренбурга» // ГАОО. Ф. 41. Оп. 1. Д. 874/13. Л. 14

Ил. 4. Юров И.В. Портрет ростовского купца Петра Андреевича Веснина 1855 г. // Собрание ГМЗ «Ростовский кремль».