Брачные обыски у купечества на примере обыска ростовского купца Александра Макаровича Титова, 1785 года

Родословие известного краеведа и археографа Андрея Александровича Титова (1844–1911) отражает преемственность купеческих традиций XVIII–XIX веков. Рассмотрим брачный обыск его прапрадеда.

Брачный обыск в Российской империи второй половины XVIII века представлял собой официальный церковно-административный акт, удостоверявший отсутствие препятствий к заключению брака. Для купечества, как сословия, обладавшего выраженной правовой субъектностью и имущественными интересами, процедура брачного обыска имела не только каноническое, но и социально-экономическое значение. Она фиксировала переход имущественных прав, приданого, а также легитимировала межсословные союзы, нередко заключавшиеся в целях укрепления деловых связей.

Семья матери краеведа А.А. Титова по данным метрических книг

ил. 1

Генеалогия ростовской ветви краеведа Андрея Александровича Титова до сих пор хранит немало белых пятен. Метрические и исповедные книги помогают не просто заполнить лакуны с датами. Они позволяют увидеть, как складывались судьбы людей, как крестьянские семьи превращались в купеческие династии и как родственные связи становились опорой для бизнеса и репутации.

О достоверной дате рождения выдающегося ростовца и оренбуржца Николая Андреевича Дюкова (1824–1894)

Каждому жителю города Оренбурга и многим ростовцам в том числе жителям села Угодичи, известно имя Николая Андреевича Дюкова (1824–1894) — потомственного ростовского и оренбургского предпринимателя, купца 1-й гильдии, крупного общественного деятеля и благотворителя. Он сыграл значительную роль в развитии торгово-промышленной сферы Оренбурга и оставил заметный след в истории города.

Ростовское торговое крестьянство и купечество в Арзамасе

«Дом с лавками» Афанасия Михайловича Кочешкова после реставрации, 2024.

В системе Российского внутреннего рынка город Арзамас с уездом с середины ХVIII века становится заметным экономическим явлением и торгово-транспортным узлом государства, занимая второе место по уровню развития торговли в Нижегородской губернии. Арзамас являлся одним из важнейших перевалочных пунктов для товаров Макарьевской, а позднее Нижегородской ярмарки, был постоянным поставщиком на всероссийское торжище больших партий кожи, мехов, холста, мыла, пряжи, свечей, кожаной и валяной обуви, металлических изделий.

Значительную оптовую торговлю во многих городах и вышеупомянутых ярмарках, зерном и мукой, вином и красной рыбой, мёдом, салом, воском и свечами в конце XVIII — первой половине XIX веках вели первостатейные, богатые крестьяне Ростовского уезда. Верхушка крестьянской общины крупного ростовского села Поречья-Рыбного занималась масштабной оптовой торговлей салом, хлебом, зерном из вотчин графа В.Г. Орлова на Средней Волге, поставляла провиант в Петербург, нередко через Ростовскую ярмарку. Масштабы оптовой торговли многих крестьян были сопоставимы с купеческими, торговля производилась через собственные конторы со штатом приказчиков. Большая часть упомянутых крестьян, впоследствии, выкупилась на волю, в купечество разных городов. К таким капиталистым крестьянам относится род Кочешковых из села Поречье-Рыбное.

Борисоглебские слободы. Дом крестьян Ёлкиных в Подборной слободе

Дом крестьян Елкиных в середине 1860 гг. Северо-восточный фасад.
Реконструкция на основе проекта реставрации и музеефикации. Масштаб 1:50.

  

Адрес: пос. Борисоглебский, ул Первомайская (бывшая слобода «Подборная»), дом №16, в исторической центральной части селения, к югу от монастыря.

Хронологический список сочинений А.Я. Артынова

"Хронологический список сочинений Артынова в собрании Титова дан в Приложении «№ 3 настоящей статьи. Там раскрывается содержание некоторых сочинений Артынова, а также приведены указания автора на источники и обстоятельства появления его трудов. Поэтому ограничимся общей характеристикой его сочинений, оставляя последующим исследователям анализ всего артыновского рукописного наследства".

Н.Н. Воронин «СКАЗАНИЕ О РУСИ И О ВѢЧЕМЪ ОЛЗѢ» В РУКОПИСЯХ А.Я. АРТЫНОВА (К истории литературных подделок начала XIX в.) // Археогафический ежегодник за 1974 год. М., 1975. С. 175-198. В данном посте воспроизводится текст приложения № 3 со стр. 191-198:

№ 3. Хронологический список сочинений А.Я. Артынова

Письмо А.Я. Артынова в Ростов (об археологическом съезде)

В примечании № 19 к своей статье Н.Н. Воронин пишет: «В одной из своих рукописей (РЯМЗ, р 378 «Сборник Ярославской губернии Ростовской округи села Угодич крестьянина Александра Артынова») автор поместил в прим. 654 (лл. 492—493 об.) копию своего письма от 29 марта из Москвы в Ростов к своим детям и купцу Лубенскому. Это письмо ярко характеризует прежде всего самого Артынова с его самохвальством, ханжеством, малограмотностью и пр. Кроме того, там дана картина заседаний I Археологического съезда, бытовой обстановки и ужина у графа А. С. Уварова. Попутно Артынов очерчивает фигуры некоторых участников съезда. См. текст письма в Приложении № 2 настоящей статьи»

Статья Н.Н. Воронина о рукописях А.Я. Артынова. Ч.2

В данном посте я публикую продолжение оцифрованной статьи известного советского историка и археолога, доктора исторических наук Николая Николаевича Воронина (1904-1976). Для адаптации текста под интернет произведены следующие изменения: надстрочные номера ссылок поставлены в в строку в круглые скобки, сами ссылки перемещены в конец поста, авторская разрядка заменена на выделение жирным шрифтом, разделение на страницы убрано.  

Н.Н. Воронин «СКАЗАНИЕ О РУСИ И О ВѢЧЕМЪ ОЛЗѢ» В РУКОПИСЯХ А.Я. АРТЫНОВА (К истории литературных подделок начала XIX в.) // Археогафический ежегодник за 1974 год. М., 1975. С. 175-198. В данном посте воспроизводится текст со стр. 180-187: 

Статья Н.Н. Воронина о рукописях А.Я. Артынова. Ч.1

Почитателям творчества А.Я. Артынова посвящается

В данном посте я публикую фрагмент оцифрованной статьи известного советского историка и археолога, доктора исторических наук Николая Николаевича Воронина (1904-1976). Для адаптации текста под интернет произведены следующие изменения: надстрочные номера ссылок поставлены в в строку в круглые скобки, сами ссылки перемещены в конец поста, авторская разрядка заменена на выделение жирным шрифтом, разделение на страницы не воспроизводится.

О товариществах ростовских торговых крестьян на примере харчевной и питейной торговли в конце XVIII – начале XIX в.

Как известно российские, в частности ростовские купцы, в торговом отношении, составляли «Товарищества» - компании или артели, сообразно или направлению своей торговли, например, уральской и бухарской; или же по предметам торга - купцы-прасолы, то есть торгующие съестным товаром, купцы-суконщики, торгующие сукнами, рыбные, хлебные и пр.

Документы, отложившиеся в корпусе маклерских книг города Ростова конца XVIII – начала XIX в. свидетельствуют, что в различные товарищества также объединялись крепостные, ростовские и ярославские, торгующие или торговые крестьяне. Рассмотрим такое объединение на примере товарищества по харчевной и питейной торговле.

В источнике в указанный период регулярно встречаются подобные договоры, связанные с именем крестьянина села Поречья-Рыбного, графа Владимира Григорьевича Орлова, – Семена Семенова Осинина в товариществе с другими крестьянами.

Так, 27 мая 1801 г. Семен Осинин и крестьянин Ярославской губернии, Романовского уезда, вотчины князя Дмитрия Михайловича Щербатова, деревни Сараева, Павел Иванов Щукин с «товарищем» его Иваном Степановым Лехким, «постановили» между собой следующее условие. Договор изложен от лица Семена Осинина, который принял указанных крестьян «в товарищество», по заключенным им с ростовскими купцами Иваном Ивановым Хлебниковым и Петром Матвеевым Емельяновым контрактам по содержанию в их собственных покоях, во время ежегодной ростовской ярмарки, харчевной и питейной продажи. По условиям с Осининым Щукин и Лехкий входили в товарищество, в «равных частях» или долях с ним. В документе отмечается, что на момент заключения договора Осинин уже состоял в товариществе с крестьянином села Поречья, то есть своей же вотчины – Федором Федоровым Лепехиным и вновь принятые компаньоны входили в товарищество на тех же условиях, равными долями.

Стороны обязывались блюсти условия по соотношению долей «непрекословно», а также выполнять обязательства договоров с Хлебниковым и Емельяновым по аренде у них помещений для торговли: с первым – по договорной цене, а со вторым – по 70 рублей за ярмарку. В договоре указано имущество, необходимое для харчевной и питейной торговли, как то: мебель, посуда, скатерти, салфетки, два самовара, котлы медные, ложки серебренные, ложки «хлёбанные», то есть столовые, в количестве 40 штук, а также  чайные - до 20 штук и прочее. Это имущество объявлялось общей собственностью компаньонов, как это было и прежде, когда в товариществе состояли только Осинин и Лепехин.

Далее, согласно условиям, Щукин и Лехкий вносили в товарищество свой капитал, в размере 800 рублей, из которых при заключении договора, Осинин получил 200 рублей. Остальная сумма вносилась в несколько сроков: 200 рублей в сентябре текущего года, 100 рублей – по истечении будущей ярмарки 1802 г. Последние – ежегодно по 100 рублей. Здесь же указана издержанная Осининым сумма в 150 рублей, возмещавшаяся ему от компаньонов в будущую ярмарку, в равных долях.
Таким образом, можно предположить, что при равных долях каждого из четырех компаньонов - 400 рублей, общий капитал данного товарищества составлял 1600 рублей.

В заключении стороны условились соблюдать договор «свято и не рушимо». Осинин брал себе копию документа, с подписью Щукина, за которого, по его неграмотности, расписался ростовский посадский Иван Яковлев Тарасов. Семен Осинин подписал договор собственноручно, то есть был грамотным. В тот же день, 27 мая 1801 г. стороны явили договор в Ростове маклеру Алексею Привалову, внесшего его в маклерскую книгу под №100.

Последующие договоры с ростовскими купцами об аренде помещений в городе под харчевную и питейную торговлю, как правило во время ярмарки, заключались уже от имени всех четырех компаньонов данного товарищества, с равной степенью их ответственности.

Источники:

РФ ГАЯО. Ф. 204. Оп. 1. Д. 3250 Маклерская книга за 1800-1803 гг. Л. 73-73 об.

О заемных письмах и расписках "под известный процент" в маклерских книгах Ростова конца XVIII - начала XIX в.

Как известно, ростовщи́чество — предоставление денежных ссуд под высокий процент, характерно для ранних форм кредитно-денежных отношений. К услугам ростовщиков прибегали не только купцы и предприниматели, но и земельная аристократия, представители правящих династий.

В среде ростовского купечества имелась целая прослойка, занимавшаяся ростовщичеством. Известный Санкт-Петербургский купец, уроженец Ростова, Алексей Леонтьевич Кекин вспоминал: «У прадеда А.Г. был брат Василий Григорьевич, у него был сын Иван Васильич Кекин. Помню я этого старика, батюшка. все его дядей И.В. и звал: двоюродный дядя он ему был. Часто я бывал у старика. Чудак был большой, все больше в саду, низенького такого роста, седой, в кружок стрижен, лысый, лицо широковатое, благообразный вид. Довольно богат он был и батюшка часто занимал у него деньги. Платил %. Тоже и у дяди А.А. Мальгина и у П.А Щапова - все я ходил за деньгами под росписки или, вернее, ездил на Комаре - такая лошадь была, звалась[так]. У И.В. Кекина был сын Иван, умерший рано, в Оренбурге видно, и после И.В. уже не вел торговли, а жил % в своем доме – Каменном - подле Одинцова, против Сапожникова на Заровье».

О величине процентной ставки, взимавшейся ростовщиками свидетельствуют различные источники. В Указах и Манифестах XVIII в. говорится о том, что подданные берут у ростовщиков ссуду под 12, 15, но и 20%.

Маклерские книги города Ростова конца XVIII – начала XIX в. содержат сведения о занятии части местных дворян, купцов и крестьян ростовщичеством. В маклерской книге за 1802 г. записаны только договора по займам денег от 30 руб. до 1000 руб. Здесь дворяне, губернские секретари купцы, протоиерей Успенского собора, посадские, крестьяне крупных торговых сел Поречья, Угодичей, Борисоглебских слобод – занимают друг у друга деньги, иногда по нескольку раз «за указанный процент».

К займам прибегали представители тех же сословий. Важным и выгодным объектом ростовщических операций было предоставление ссуд дворянам-землевладельцам. Не смотря на все попытки дворянского государства обеспечить землевладельцев дешевым кредитом, практически все помещики-землевладельцы брали громадные суммы у ростовщиков. Задолженность дворянства ростовщикам к концу XVIII в. исчислялась в России несколькими десятками миллионов рублей. Например, 30 декабря 1801 г угличский помещик, коллежский асессор, Алексей Васильев Верещагин занял у ростовского 2 гильдии купца Василия Иванова Сорогина денег государственными ассигнациями 500 руб. «за указанные проценты», сроком на 12 месяцев. 7 января 1802 г. данное заемное письмо было явлено от купца Василия Сорогина в Ростове у маклерских дел и записано в маклерскую книгу под №5 маклером Алексеем Приваловым.

Важнейшим объектом деятельности ростовщического капитала было кредитование торговли, купцов, посадских и крестьян. Наблюдение за торговой практикой XVIII – начала XIX в. показывает, что значительная доля торговой прибыли попадала в руки ростовщиков занимавшихся кредитованием торговли.

Брали займы крестьяне, занимавшиеся торговой и промышленной деятельностью, для увеличения своей прибыли, для погашения рекрутской повинности, выкупа на волю и других нужд. Распространение денежных оброков, взимание налогов в денежной форме, необходимость поддержания процесса воспроизводства не только своей рабочей силой, но и средствами производства (живым и мертвым инвентарем, семенами) для чего подчас требовалось обращение к рынку, - все это создавало объективные предпосылки для деятельности ростовщиков в селе, как частновладельческом, так и государственном.

Рассмотрим договора отдельных богатых крестьян, которые занимались ростовщичеством, отложившиеся в маклерских книгах города Ростова.

1 января 1802 г. ростовский посадский Иван Андреев Замятин занял у крестьянина вотчины вдовствующей генеральши, княгини Екатерины Алексеевны Голицыной, села Угодич, Андрея Петрова Веснина денег государственными ассигнациями сто сорок рублей. Сумма как правило, указывалась прописью. Далее, в тексте заемного письма идет формулировка: «за указанные проценты». Величина процентной ставки не указана ни в одном из подобных соглашений. Ниже обычно указывались сроки займа. Здесь – «впредь на три месяца и пятнадцать дней, то есть сего ж 1802 года (год прописью) апреля по пятое на десять число, на которое должен всю ту сумму сполна заплатить». Практически всегда затем следовала формулировка о том, что в случае неплатежа в указанные сроки ростовщик волен просить об их взыскании и «о поступлении по законам». Документ скреплялся подписью стороны, занимавшей деньги. Через определенное время стороны регистрировали договор у маклера, который вписывал его под порядковым номером в книгу. В данном случае заемное письмо в Ростове у маклерских дел было явлено и в книгу подлинником под №17 записано маклером Алексеем Приваловым 11 января 1802 г.

22 марта 1802 г. ростовский посадский Андрей Алексеев Мельников занял у крестьянина вотчины графа Владимира Григорьевича Орлова, села Поречья, Ивана Иванова Барашкова денег государственными ассигнациями 165 руб. «за указанные проценты» сроком на три месяца и восемь дней. Документ оформлен аналогично. Поскольку посадский Мельников был неграмотным, за него заемное письмо подписал по его прошению один из канцеляристов Ростовского уездного суда. В тот же день документ был внесен в маклерскую книгу.

В маклерской книге Ростова за 1803-1805 гг. наибольшее число соглашений о предоставлении ростовскими торговыми крестьянами денег или товаром, под «известный процент» разным лицам - от крестьянина Борисоглебских слобод графа В.Г. Орлова - Ивана Ильина Кузнецова.

Только за 1 августа 1803 г. Кузнецов заключил с купцами разных городов на Макарьевской ярмарке два соглашения. В первом их них Кузнецову дал «расписку» нижегородский купец Василий Торсуев. По истечении срока в два месяца и пятнадцать дней он обязался выплатить Кузнецову «по его приказу» ассигнациями государственными банка денег 110 руб. Поскольку Торсуев получил от Кузнецова на упомянутую сумму сполна товаром. Судя по второму соглашению Кузнецов предоставил казанскому купцу Сидору Парфенову Софронову, сроком на девять месяцев и пятнадцать дней  денег 310 руб. государственными ассигнациями.  Казанский купец был обязан выплатить их Кузнецову в Санкт-Петербурге. 8 августа рассмотренные «подлинные две расписки» от борисоглебского крестьянина И.И. Кузнецова были явлены в Ростове у маклерских дел и внесены в маклерскую книгу маклером Алексеем Приваловым. Ниже под расписками следует подпись другим почерком: «Подлинные две расписки ростовский купецкий сын Семен Базаров взял для отдали означенному крестьянину Ивану Ильину Кузнецову в чем и расписался».

Несколько «расписок» о предоставлении Иваном Ильиным Кузнецовым займов «под известный процент», явленных им в Ростове у маклерских дел, датируются концом 1804 г. и связаны с Ярославлем. Так, в расписке, данной Кузнецову 28 октября 1804 г. Ярославским купеческим сыном Андреем Федоровым Кокуевым значится сумма займа в 161 руб. 67 коп. Кокуев обязался выплатить ее ассигнациями государственного банка «за указанные проценты сполна» в феврале следующего 1805 г., в ростовскую ярмарку. «А буду же не заплачу, то волен Кузнецов просить о поступлении по законам». 7 ноября 1804 г. рассмотренная расписка была зарегистрирована в маклерской книге под №216.

26 ноября 1804 г. Кузнецов в Ярославле предоставил по расписке деньги в сумме 227 руб. 75 коп. Ярославскому купцу Якиму Михайлову Шапкину. Срок выплаты здесь также указан – в будущем 1805 г., к ростовской ярмарке. 4 декабря 1804 г. расписка была записана в маклерскую книгу.

Таким образом, маклерские книги свидетельствуют, что в Ростове, центре крупной в то время ярмарки, предоставлением займов «под известный процент» занимались представители практически всех сословий. Ростовские «капиталистые» крестьяне вырастали не только на торговле, но и на ростовщичестве. Денежные средства, накопленные в результате ростовщических операций шли обычно на их дальнейшее расширение или вкладывались в торговлю и промышленное предпринимательство.

Литература и источники:

С.Я. Боровой. Ростовщичество, казенные ссуды и государственный долг в процессе первоначального накопления капитала в России // К вопросу о первоначальном накоплении в России. Сборник статей. М., 1958. С. 497-537.

Крестьянинова Е.И. К вопросу о традициях и особенностях ростовской купеческой среды в 1840-егоды (по "Записям" А. Л. Кекина) // История и культура Ростовской земли, 2004. Ростов, 2005. С. 191-204.

ГМЗРК. Р-468. «Записи» А. Л. Кекина (Расшифровка рукописи: И.В. Сагнак, Е.И. Крестьянинова). Л. 2 об., 9, 23, 26.

РФ ГАЯО. Ф. 204. Оп. 1. Д. 3313. Ростовская маклерская книга на 1802 год. Л. 2, 5, 17-17 об.

РФ ГАЯО. Ф. 204. Оп. 1. Д. 3357. Маклерская книга за 1803-1805 годы. Л. 48 об., 202 об., 213.

Деревня Стрелы – это родина моя!

Часто задумываюсь, чем для меня является малая родина. Здесь родился, здесь прошли детство, юность, здесь родились и жили мои родители, бабушки, дедушки и далее вглубь веков многие родственники. На проселочных дорожках остались навсегда не только мои, но и их следы. Сегодня, как и более 100 лет назад, на обоих посадах стоят и радуют взгляд все те же дома. В течение многих лет их видело не одно поколение людей. Прорытый через деревню ручей Проток, ставший сегодня излюбленным местом для бобров, несет водицу с юга из Красных лугов на север в реку Которосль. Когда бываешь в деревне или думаешь о ней, все это наполняет душу чем-то хорошим, теплым, радостным. Не раз приходилось осознавать – чем дальше находишься от малой родины, тем ближе и роднее она воспринимается. Историю Стрел можно читать как интересную книгу. Люди, постройки уходят, но остаются в памяти, что-то видоизменяется, а что-то появляется заново. Изменчивость в постоянстве и постоянство в изменчивости. Так было, так есть и так будет. В связи с этим хотелось бы рассказать о некоторых страницах моей малой родины из недавнего прошлого, которые переплелись с настоящим.

Константин Степанов

Борисоглебское крестьянство в документах Московской домовой конторы графа В.Г. Орлова

Портрет графа Владимира Григорьевича Орлова (1743—1831). 1812 г. Собрание Государственной Третьяковской галереи

Значительные материалы о ростовских крестьянах содержат фонды Орловых-Давыдовых[1], Паниных-Блудовых[2], в частности В.Г. Орлова и В.Н. Панина, которым принадлежали Поречье и Воржа, Спасская и Борисоглебская слободы.

Упомянутые документы относятся к последней четверти XVIII в. до 60 гг. XIX в. включительно. Общая источниковедческая характеристика фондов крупных земельных собственников и представленной в них документации содержится в диссертации Д.А. Быкова[3]. Отметим, главные, выделенные им особенности: ведение хозяйственной отчетности силами выбранной от крестьянских общин и назначенной помещиком вотчинной администрации; наибольшая сохранность и информативность - наилучшими массивами данных следует признать сохранившиеся за максимальный срок без «лакун» и пустых годов материалы делопроизводства по имениям тех владельцев, которые не стремились разорить крестьян ради сиюминутной выгоды, но умели заботиться о будущем, ведя правильное хозяйство; манера ведения хозяйственной отчетности в имении всегда несет на себе отпечаток влияния личности помещика и тех, кого он привлекал себе в помощь.

В указанных фондах отложились документальные материалы домовых контор: ежегодные журналы входящих и исходящих бумаг, книги указов и распоряжений, хозяйственные книги по вотчинам, «Уложения» - общие правила управления вотчинами, раздельные акты на имения между наследниками, отдельные дела о крестьянах, убежавших из вотчин, проживавших в Петербурге, о рекрутах, оброке, спорах о земле, тетради записи крестьянских отпусков, «верющих писем», акты, выданные ростовским огородникам В.Н. Паниным на купленную у него землю в Москве, документация мирских общественных банков, открытых для кредитования крестьян в имениях.