«Новокрещёны» ростовских купцов на Оренбургской линии: каракалпаки И.Ф. Мясникова 1808 года

Тема крещения детей-инородцев, выменянных на Оренбургской линии, разрабатывалась по нескольким направлениям, ни в одном из них ростовские купцы и каракалпаки не встречаются вместе.

Ростовский краевед Е.И. Крестьянинова — единственный автор, специально занимавшийся ростовскими купцами и их новокрещёнами. Она описала восемь задокументированных случаев покупки и крещения калмыцких и башкирских детей Кекиными, Симоновыми и Щеткиными. Мясниковы в этом аспекте ею не рассматривались. Оренбургская сторона темы представлена лучше: первоисточником служит П.И. Рычков, зафиксировавший крещение каракалпаков среди нагайбаков. Современные оренбургские исследователи Ю.Ф. Сулейманова и Е.В. Бурлуцкая рассматривают крещение в общем контексте государственно-конфессиональной политики, без привязки к ростовским купцам. Правовой механизм — именные указы 1757 и 1808 годов о покупке и крещении инородческих детей с обязательным освобождением в 25 лет — проанализирован в диссертации И.А. Мальцева. Ещё в XIX веке к проблеме обращались П.А. Словцов и С.С. Шашков, причём Шашков трактовал крещение как легальное прикрытие порабощения. Таким образом, каждый из аспектов темы — ростовские купцы, христианизация на Оренбургской линии, правовой статус новокрещёных — изучен по отдельности.

Случай, когда Иван Федорович Мясников крестил четырёх детей-каракалпаков в 1808 году, в опубликованной литературе не фигурирует.

Семейство Мясниковых — одна из виднейших ростовских купеческих династий — было накрепко связано с Оренбургской линией. Фёдор Борисович Мясников, с 1806 года купец 1-й гильдии, занимался винными откупами и торговлей. Его сын Иван Фёдорович Мясников (1780 — ок. 1857), с 1818 года купец 1-й гильдии ростовского купечества, почётный гражданин, держал винные откупа в части Тобольской губернии и также был человеком Оренбургской линии. Ростовские Мясниковы ещё в 1804 году по собственной инициативе предприняли строительство военно-сиротского училищного дома в Троицке. Иван Борисович Мясников числился «комиссионером троицких и челябинских питейных сборов» и в 1807 году перевозил через Троицк суммы в десятки тысяч рублей. Именно в этом кругу, на Троицком меновом дворе — главном рынке обмена между Россией и степью, — и произошёл документально зафиксированный случай крещения каракалпакских детей.

Практика выкупа и крещения была узаконена: именной указ 1757 года дозволял «калмыкам, по приведении в греко-российскую веру, у покупщиков быть во владении неотъемлемым», а указ 1808 года разрешал покупать казахских детей с обязательным освобождением по достижении 25-летнего возраста. Каракалпаки, кочевавшие в Приаралье и постоянно вовлечённые в столкновения с казахами и хивинцами, оказывались среди тех, кого продавали на невольничьих рынках Оренбургской линии и Троицкого менового двора.

14 октября 1808 года ростовский 1-й гильдии купец Иван Мясников, будучи по торговым делам на Троицком меновом дворе, выменял у степных торговцев четырёх каракалпакских детей. Шестилетний Кузяка Арыков во святом крещении был наречён Феодотом, его сверстник Айдагул Кайбагаров — Петром, восьмилетняя Устабина Атеркина — Александрой, семилетний Амангелда Кайтыпов — Стефаном[1]. Восприемники четверых детей очерчивают круг деловых и социальных связей Мясникова на Оренбургской линии — круг, выходящий далеко за пределы ростовского землячества.

Восприемником Феодота стал Пётр Жилин, крестьянин графа Владимира Григорьевича Орлова из ростовского села Воржи. Упомянутое село, расположенное на восточном берегу озера Неро в двенадцати верстах от Ростова, принадлежало графу Г.Г. Орлову с 1772 года, как пожалование Екатерины II. Крестьяне из Воржи находились в постоянных торговых и служебных связях с ростовским купечеством и, по-видимому, сопровождали Мясникова в торговых поездках в качестве приказчиков или доверенных людей. Отметим, что сам купец Иван Федорович Мясников был женат на дочери богатого торгового крестьянина Ивана Яковлевича Королева — Дарье, из соседнего ростовского, принадлежавшего графу В.Г. Орлову, села Поречье-Рыбное.

Восприемником Айдагула-Петра значится уфимский купец Василий Коровин — представитель местного купечества, с которым ростовские торговцы взаимодействовали на Троицком меновом дворе. Устабину-Александру при крещении поддержали тобольский мещанин Фёдор Шевырин и Пелагея, жена того же Коровина, что указывает на связи с сибирским торговым миром и на семейный характер участия уфимских купцов в крестильных обрядах. Восприемниками Амангелды-Стефана стали ростовский купец Фёдор Кононов и солдатская жена Пелагея Иванова — первый, вероятно, был деловым партнёром Мясникова, а вторая принадлежала к военному сословию, составлявшему постоянный контингент Оренбургской линии.

Таким образом, крестильная запись фиксирует не единичный акт благочестия, а развитую сеть деловых, земляческих и сословных связей. Ростовские купцы и крестьяне, уфимские купцы с жёнами, тобольские мещане и военные люди — все они, оказавшись вместе на Троицком меновом дворе, выступали участниками общего торгового и социального пространства, соединявшего центральную Россию, Поволжье, Урал и Сибирь со степным миром.

Мясниковы были не первыми ростовскими купцами, кто крестил степных детей на Оренбургской линии. За семьдесят лет до них то же делали Кекины — другая виднейшая ростовская династия. Около 1730 года Григорий Дмитриевич Кекин приобрёл в Оренбурге «калмычонка», окрестил его Иваном и сделал доверенным приказчиком. В 1757 году тот же Иван Иванов, по наказу Кекина, выменял на невольничьем рынке в Новотроицкой крепости 13-летнего калмыка Бербю, попавшего в плен к киргиз-кайсакам. Мальчика привезли в Ростов, окрестили Григорием, обучили грамоте, женили на ростовской девушке с приданым. В завещании Кекин распорядился выдать крестнику тысячу рублей «в вознаграждение» за верность, а после смерти хозяина Григорий был отпущен на волю и записался в ростовское мещанство. В 1758 году Иван Григорьевич Кекин купил в Троицкой крепости калмыка Карагая — того крестили прямо в Оренбурге, в Благовещенской церкви Гостиного двора, восприемником стал ростовский купец Семён Шестаков. Случай Мясникова с каракалпакскими детьми — тот же обычай, но на новом витке: место калмыков заняли каракалпаки, место Кекиных — Мясниковы, а крестным вместо купца стал крестьянин графской вотчины.

Крещёные дети вероятно разделили судьбу других новокрещёных ростовских купцов: русское имя, обучение, жизнь в купеческом доме, а со временем — освобождение и вольная. В Ростове новокрещёных селили, по преданию, компактно — на улице Спасской (ныне Некрасовская), долго носившей неофициальное название «Калмыцкая». Потомки крещёных инородцев становились полноправными российскими подданными, записывались в мещанство и купечество Ростова, который был для них уже родным городом.

Список литературы и источников:

Архивные источники

ОГА Оренбургской области (ОГАОО). Ф. 173. Оп. 11. Д. 403. Метрические книги церквей Троицкой округи города Троицка за 1808 г. 1 января 1808 — 31 декабря 1808. Л. 7.

Опубликованные источники

Рычков П.И. Топография Оренбургская, то есть: обстоятельное описание Оренбургской губернии / сочиненная коллежским советником и Императорской Академии наук корреспондентом Петром Рычковым. — Санкт-Петербург: при Императорской Академии наук, 1762. Ч. 1–2.

Словцов П.А. Историческое обозрение Сибири. Санкт-Петербург: Типография И.Н. Скороходова, 1886. Кн. 1: С 1585 по 1742 год. 326 с.; Кн. 2: С 1742 по 1823 г. 589 с.

Литература

Бурлуцкая Е.В., Обнорская Н.В. Ростовское купечество в истории Оренбурга // Купечество оренбургское : сб. статей / науч. ред. Е.В. Бурлуцкая; Оренбургский гос. пед. ун-т. Оренбург: Изд-во ОГПУ, 2016. С. 55–64.

Крестьянинова Е.И. Ростовские купцы и их «новокрещёны» в 1730–1780-е гг. // История и культура Ростовской земли: материалы науч. конф. 2016 г. Ростов, 2017. С. 306–309.

Крестьянинова Е.И. Материалы к истории ростовского купечества. Ростовские купцы — санкт-петербуржцы Менкины и Мясниковы: генеалогия и судьбы // История и культура Ростовской земли : материалы науч. конф. 2007 г. Ростов, 2008. С. 440–457.

Крестьянинова Е.И., Никитина Г.А. Граждане Ростова: история ростовского купечества XVII — начала XX века. Генеалогия и судьбы ростовских купеческих родов. Мемуары, дневники, письма. ГМЗ «Ростовский кремль». Ростов, 2009. 411 с.

Мальцев И.А. Рабство в Сибири и Оренбургском крае в XVIII — первой половине XIX в. : дис. … канд. ист. наук : 07.00.02 [Место защиты: С.-Петерб. ин-т истории РАН]. Санкт-Петербург, 2009. 277 с.

Сулейманова Ю.Ф. Процесс христианизации нерусских народов Оренбургского края и проблема обратного перехода в ислам в XIX веке // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. 2011. № 1 (96), вып. 17. С. 145–150.

Шашков С.С. Исторические этюды: в 2 т.; изд. Н.А. Шигина. Санкт-Петербург: Типография А. Моригеровского, 1872. Т. 2: Поучительная история о немцах. Рабство в Сибири. Сибирские инородцы в XIX столетии. 349 с.