среда, 4 января 2017 г.

О «полесщике» и продаже графского леса Борисоглебскому монастырю

Прокудин-Горский С.М.  Вид с дороги на Борисоглебский монастырь, 1911.

Как известно, в Борисоглебской вотчине графа В.Г. Орлова, помимо Борисоглебских подмонастырных слобод, в конце XVIII первой половине XIX в. имелись прекрасные и довольно обширные лесные угодья. В «Книге договоров и сделок между купцами и др. 1792-1796 гг.», или маклерской книге города Ростова, встретилось несколько договоров, касающихся упомянутого леса.
1 января 1795 г. крестьянин села Поречья-Рыбного графа В.Г. Орлова Козьма Григорьев заключил договор с архимандритом Борисоглебского монастыря отцом Евгением. Текст изложен от лица Козьмы Григорьева фамилия которого не упомянута. Важно, что в документе указана его должность: «Полесщик». То есть – лесник.
В договоре значится, что у Козьмы в Ростовский Борисоглебский монастырь, из подмонастырной рощи, принадлежавшей графу В.Г. Орлову, куплена часть леса «на корню». Отмечается, что этот лес разный по своему качеству: крупный, средний и мелкий. Покупался он для монастырских потребностей.
Площадь делянки составляла до 200 сажен в окружности (426 м). То есть это была довольно большая делянка. Указано ее положение на местности: между первой дорогой в роще, между болотом и по ростовской дороге. При отводе продаваемого леса, вокруг него, на крайних деревьях были «положены», установлены особые монастырские знаки.
За проданный лес Козьма Григорьев получил от казначея упомянутого монастыря, иеромонаха Мельхиседека при заключении договора деньги в сумме 350 рублей «сполна». По условиям договора Козьма не мог принуждать монастырь к скорой рубке леса, «...терпеть год, два, или доколе продажа рощи оной не закончится». При этом отведенный монастырю лес «полесщик» не должен был оставлять без присмотра.
Лишь 19 июля того же 1795 г. стороны явили договор в Ростове, у маклерских дел. Вероятно тогда, когда монастырь начал рубку леса. Договор был внесен в маклерскую книгу под №69 маклером Алексеем Приваловым. Под договором стоят подписи монастырского казначея и «полесчика», крестьянина Козьмы, который, как видим, был грамотным.
Таким образом, договор свидетельствует о том, что при Борисоглебской вотчине графа В.Г. Орлова в конце XVIII в. имелась должность «полесщика» - лесника, в обязанности которого входило не только непосредственное смотрение за лесными угодьями. Согласно «Уложению» В.Г. Орлова, ранее эти обязанности возлагались непосредственно на вотчинную администрацию Борисоглебских слобод: бурмистра, земских и выборных. Такая должность, скорее всего, была введена в Борисоглебских слободах не «Миром», то есть крестьянской общиной, а домовой конторой помещика. Поскольку обязанности «полесщика» исполнял не местный, борисоглебский, а порецкий, то есть крестьянин из соседней, крупной ростовской вотчины Орловых – села Поречья-Рыбного, не имевший местных связей, видимо, для меньших злоупотреблений. Для ведения операций с продажей леса «полесщики», очевидно, располагали полученными от графа «Верющими письмами» или доверенностями.
Литература и источники:
РФ ГАЯО. Ф. 204. Оп. 1. Д. 2888 Книга договоров и сделок между купцами и др. 1792-1796 гг. Л. 218.

Абрамов В.А. Источник в лесу под Борисоглебом, 2015.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

О достоверности воспоминаний

Попалось в сети, заинтересовало "ростовской" темой - см. ниже цитата. А сначала - мои рассуждения насчет цитаты. Нельзя со вс...