Ростовские словечки: «В долг, до зелёного горошка»

В долг, до зелёного горошка — местное выражение, распространённое в ростовском говоре Ярославской губернии, области. Означает: взять в магазине в кредит, в долг, с расчётом отдать к моменту продажи очередного урожая зелёного горошка, то есть к концу лета — началу осени. Выражение родилось в среде ростовских крестьян-огородников XIX — начала XX века и отражает реальную практику: крестьянин брал товары в лавке «в книжку» (в долговую тетрадь), а расплачивался после того, как вырастит и сдаст скупщику горошек — культуру, которая гарантированно приносила деньги. Срок платежа был привязан не к календарной дате, а к сельскохозяйственному циклу: «до зелёного горошка» означало «до урожая, до дня, когда горошек превратится в деньги».

Чтобы понять, почему именно горошек стал точкой отсчёта в долговых расчётах, надо заглянуть в историю ростовского торгового огородничества — явления уникального для русской деревни.

Село Поречье-Рыбное стояло на первом месте среди огородных селений Ростовского уезда. Малоземелье, когда на душу приходилось одна и менее десятины, заставило крестьян искать такие культуры, которые приносили максимальный доход с минимальной площади.

В конце XVIII века поречанин Захар Фёдоров Кохов, живший в отходе в Петербурге, увидел там зелёный горошек, который привозили из-за границы и продавали по очень высокой цене. Ему удалось через повара-иностранца освоить технологию: садку, обварку и сушку. В 1784 году он начал производство. Вскоре другой поречанин — Илья Васильев Золотахин (он же Лалин), бывший в столице разносчиком, разузнал секрет и стал делать горошек в самом Поречье, а потом «поощрять и других к обоюдной пользе».

Сахарный зелёный горошек — не обычный горох. Ростовский сорт вырастал до двух метров в высоту, зёрна были мелкими, тёмно-зелёными, морщинистыми и сладкими на вкус. Правильно высушенный горошек, если сжать в горсти, слипался в комок. Один фунт такого деликатеса стоил в десять раз дороже обычного жёлтого гороха — от 20 до 40 копеек серебром за фунт лучшего сорта. Для сравнения: фунт хлеба стоил 1–2 копейки.

Сначала промыслом занимались исключительно поречские крестьяне, но «окрестные жители хлебопашцы, усматривая выгоды жителей села Поречья, начали распространять садку гороха на своих хлебопашенных полосах». Постепенно, вся западная полоса Ростовского уезда занялась выращиванием и сушкой горошка, а потом обычай перекинулся и в соседние уезды — Угличский, Юрьевский и Переяславский.

Краевед, один из основателей Ростовского музея А.А. Титов в своём труде «Ростовский уезд…» (1885) писал про село Угодичи, что огородничество проникло туда именно из Поречья: крестьяне, «находясь почти в одинаковых экономических условиях с своими соседями поречанами и видя, что те, занимаясь исключительно огородничеством и возделыванием душистых трав, живут довольно зажиточно», тоже перешли на огородные культуры — «зеленый горошек разных сортов, цикорий, картофель, лук, чеснок».

Схожая картина была и в Ворже, и в Сулости, и в других селениях. К середине XIX века Ростовский уезд превратился в центр высокоразвитой огородной агротехники всей страны, а зелёный горошек стал его визитной карточкой. 

Каждый базарный день в Ростове, ранним утром, разворачивалась картина, которую очевидец в 1852 году сравнил с «азиатским базаром». Вокруг одного из корпусов гостиного двора выставляли столики, при каждом — скупщик горошка с переносными весами. Крестьяне несли горошек «в мешочках, лукошках, крошенках, сколько кто успел собрать с гряды». Здесь же, в лавках гостиного двора, «каждый лавочник тоже делается скупщиком горошка».

Скупщики играли ключевую роль в системе. Крупный поречский торговец Устинов, например, скупал до 10 тысяч пудов зелёного горошка, сортировал его на машине на шесть сортов и отправлял в Москву и Петербург, Одессу, Астрахань и Архангельск. В Угодичах один только крестьянин Мягков производил сам и по заказу скупал от 200 до 500 пудов. Французские торговцы гастрономическими товарами приезжали в Поречье ежегодно и покупали горошек вагонами. Не случайно позже здесь появился некто Мальон…

Однако за скупкой стояла и кредитная система. Крупный производитель, представитель торгового капитала, был не только скупщиком, но и заказчиком для мелкого производителя. Соединение торгово-ростовщического капитала с промышленным было характерным явлением для ростовского огородничества. Скупщик давал вперёд деньги, а крестьянин обязан был отдать горошек — и отдать именно ему, не продавая на сторону.

Рядом работала ещё одна, более повседневная кредитная механика: долговая книжка в лавке. В сельских и городских лавках велись конторские книги, в которые записывали все расчёты и долговые записи односельчан. Лавочник отпускал товары в кредит — муку, сахар, керосин, ткани, — записывая в тетрадочку «на имя такого-то». Лавочники знали, когда их клиенты получают деньги — от продажи урожая, от отходничества, от ярмарки. Когда приходил срок и должник приносил выручку за горошек, лавочник открывал долговую книжку, сверял записи и закрывал долг.

Получалось: берёшь в лавке в долг мешок муки и аршин ситца — а лавочник записывает в книжку и знает, что получит своё «до зелёного горошка». Горошек был не просто овощем — он был денежным эквивалентом, гарантией расчёта. Когда в Ростовском уезде говорили «в долг, до зелёного горошка», это значило: «дам тебе в долг — и знаю, что ты отдашь, потому что горошек у тебя будет, а на него всегда найдётся покупатель».

К концу 1870-х годов знаменитый промысел стал приносить вдвое меньше дохода: появились подделки — «польный горох», который окрестные крестьяне-хлебопашцы смешивали с настоящим «порецким» и продавали на базарах, портя репутацию поречского продукта. В 1875 году француз Мальон открыл в Поречье консервную фабрику. Началась новая эпоха: горошек стали не сушить, а консервировать. К середине 1890-х ростовский консервированный горошек почти вытеснил со столичных прилавков иностранный.

Но выражение «в долг, до зелёного горошка» осталось в местном говоре, как живой след той эпохи, когда маленькое зерно сладкого гороха было для целого уезда и валютой, и гарантией, и словом, которое означало: «скоро расплатимся».

Факт, что сегодня, в начале уже второй четверти XXI века, в ростовских сёлах, особенно в Поречье, выражение не забылось — оно живёт, уже с улыбкой. Когда в сельском магазине попросят «запиши в долг», а вслед летит привычное «до зелёного горошка», это значит: «я не забуду, отдам» — но без былой тяжести, как добрая шутка-привет из тех времён, когда горошек был не приправой, а залогом.