пятница, 19 января 2018 г.

Древние водные пути, ч. III. Монастырские века. Пути на север по рекам Лежа и Обнора

Степашкин М.В.
Иллюстрация из книги «Исады – рождённые в плеске волн». Худ. А.С. Вицин

Чтобы понять сущность монастырского строительства после монгольского нашествия 1237 – 1240 гг., которое многократно расширилось в Северо-Восточной Руси со второй четверти XIV века, рассмотрим несколько его особенных черт.

v  Монастыри возникают вне городской черты, их усиленное строительство в XIV в. связывают с деятельностью Сергия Радонежского и его многочисленных учеников. Бурный рост монастырей продолжается до конца XVI в.
v  Вопреки утверждениям памятников монастырской историографии, монастыри укореняются не в глуши, а на важных дорогах (чаще водных – других до XV в. почти не было). Такое местоположение не исключает существование отдельных монашеских скитов вдали от мирской суеты, но растут и укрепляются именно первые.
v  Все монастыри ограждаются частоколом – острогом или ещё более мощными оборонительными укреплениями. Для чего монахам нужны защитные стены, если из многих житий мы знаем о том, что они зачастую мирно общались и уживались с крупными хищниками, медведями и др.? Укрепления нужны были для осуществления боевых, охранных задач.
v  На степном Юге к 1560-м годам складываются 2 оборонительных рубежа против Орды, управлявшиеся Разрядным приказом:
v  «Государева заповедь» (внешняя степная «Засечная черта», охранялась «полевой службой»);
v  «Берег» (внутренняя черта по берегу Оки, охранялась «береговой службой»).
Возникновение внутренней черты обороны по Оке началось ещё в XIV веке. Войска московского князя выходили на пограничный северный берег Оки в местах бродов, не выступая на помощь рязанским князьям во время татарских нашествий, предоставляя таким образом возможность разорения населения соседнего государства и предупреждая вторжение в свои земли. Это и был прообраз  «Берега». Вероятно, в ходе присоединения рязанских земель к Москве «Берег» стал укрепляться крепостями – монастырями. Именно c XVI века их цепочка становится известной по письменным источникам вдоль течения Оки. Но начало их возникновения возможно также в более ранние времена независимого Великого княжества Рязанского. Монастыри строились и вдоль «Засечной черты».
v  Разорит ли ордынец монастырь? В отличие от многочисленных случаев охоты на монастыри, их разорения и осквернения во времена Смуты начала XVII в. от христиан: поляков, «черкасов»-малороссов, литовцев - автору не известно ни одного случая разорения монастырей мусульманами-ордынцами. Это не случайность.
У тюркских народов для части военной знати издревле существовали особые тарханные права, касающиеся ханской защиты на владение имуществом, освобождения от налогов, особой подсудности. Ордынские ханы распространили такие же права на русские монастыри, которые стали получать защитные тарханные грамоты. Вероятно, таким образом было узаконено право христианского населения Руси и Орды на свободу вероисповедания, незыблемость святынь веры.
Необходимость в такой религиозной автономии, отдушине, наряду с обязанностью платить дань, возникла в 20-е годы XIV в. Хан Узбек был приведён к власти последователями ислама, новый правитель начал жестокое насильственное утверждение этой религии в Орде, попутно подавляя междуусобицы. Но в отношении русского населения Узбек вёл совершенно другую политику. Он выдал замуж за московского князя Юрия Даниловича свою сестру, которая приняла православие, отменил баскачество и передал права сбора дани для Орды («выходы») русским князьям. Орда не стремилась навязать Руси мусульманство.
Вероятно, в цепи этих событий Руси позволено было строить монастыри, получавшие от Орды особые права. Со своей стороны, русские князья использовали вновь возводимые обители в качестве опорных боевых единиц, выполняющих сторожевую и таможенную деятельность. Намерения Руси и блага Орды соединились в монастырском строительстве, которое можно отразить формулой: «Ислам – Орде, монастыри – Руси».
Опираясь только на письменные памятники монастырской историографии и предполагая, что строительство направлялось исключительно церковными властями, невозможно ответить на ряд вопросов. Почему монастыри строились почти исключительно в пограничной черте, на границах независимых русских земель, вдоль путей продвижения товаров и войск? Кто и для чего строил мощные оборонительные сооружения, охранявшие нищенствующих монахов?
Жития игуменов – строителей новых монастырей изобилуют многочисленными поворотами их «волевых решений». Они идут к одному месту, строят обитель, но потом вдруг покидают его и идут в совершенно отдалённые местности, якобы произвольно выбранные, строят там новый монастырь, успевая в течение жизни создать 2-3 обители. Зачастую они для каких-то целей, согласований приходят к правящим князьям или к своему церковному начальству. В этих «согласованиях» видится не просто испрошение благословения на устройство нового монастыря, а некое взаимодействие церковной и государственной власти, существование княжеской программы фортификационного строительства, которая проводилась через архиереев церкви. Включившись в эту программу, строитель монастыря мог рассчитывать на пожертвования земель, денег и свобод от князя при согласии выполнять для него установленные оборонительные и таможенные действия.
Вологодские монастыри в 1260-1538г. Натиск на Великий Новгород?
История возникновения двух других ярославских Исад, в Некрасовском и Любимском районах, тесно связана с описанным выше монастырским строительством, присоединением земель Великого Новгорода вокруг Вологды к Москве и с освоением мест соледобычи на Русском Севере.
Земли вокруг современной Вологды, на прилегающем участке р.Сухоны и по её притокам к XII в. принадлежали Великому Новгороду, но в них вклинивались, ограничивая с запада и востока, два «длинных языка» владений ростово-суздальских князей: вдоль реки Шексны (Шехони) к Белоозеру и восточнее Тотьмы по течению Сухоны до самого её устья и верховий Северной Двины (включало Великий Устюг). Границы «вологодского полуанклава» пролегали приблизительно по водоразделам Волжского водного бассейна (притоков Шексны, Костромы, Унжи) и Северодвинского (притоков Сухоны). Водоразделы соединялись целой системой из волоков, о которых подробно изложено в работах академика РАН Н.А.Макарова. [9, 10, 11]
Город Вологда появился на страницах новгородских летописей после монгольского нашествия, в 1264г. К тому же времени относится легендарное основание неподалёку от Вологды, на восточном берегу озера Кубенское, в 1260г. белоозёрским князем Глебом Васильковичем Спасо-Каменского монастыря, единственного во всём вологодском микрорегионе (цифра 1 на карте). Возможно, таким образом Новгород и Ростов «застолбили» свои границы опорными крепостями. Изменение главных направлений освоения земель на внутреннее пограничье княжеств было связано с последствиями монголо-татарского нашествия.
В 1364г. Костромское княжество было присоединено к Москве. За ним началась главная волна строительства монастырей в микрорегионе, причём исключительно с ростовской (к тому времени уже московской) стороны, она нахлынула с началом военных действий Москвы против Новгорода за присоединение этого участка к своим владениям. Монастыри внедряются строителями в новгородские земли в окрестностях Вологды.
v  Спасо-Прилуцкий монастырь (№2 на карте) построен в 1371г. бывшим игуменом Никольского монастыря в Переславле Димитрием (назван учеником Сергия Радонежского).
Димитрий прежде идёт на «с.Авнега у р.Лежи», ставит ц.Воскресения, изгнан местными жителями. («Если великий старец близ нас поселится, то овладеет и нами, и сёлами нашими…») Оба указанных топонима, р.Лежа и Авнежская возвышенность, находятся рядом, в вологодском пограничье, юго-восточнее и восточнее Вологды, но не совпадают. Тем не менее, любопытно свидетельство, что первый заход в новгородские земли был осуществлён через Лежский водно-волоковый путь. На Лежском волоке также расположены Исады (в черте п.Вохтога Грязовецкого района). В качестве упомянутых местных жителей, нужно полагать, выступили местные новгородские власти. Вскоре, к 1380г., прекращается автономия Белоозёрского княжества.
Димитрий уходит к Вологде, возводит первый храм Спасо-Прилуцкого монастыря. Насельники – из Переславля. Покровитель – Дмитрий Донской, его сын – крестник Димитрия Прилуцкого. В дальнейшем монастырю покровительствовали московские князья Василий Тёмный, его сын Андрей, Иван III, Иван IV.
v  Свято-Лукский Никольский монастырь (№3) в 1389 – 1391 гг. основывается монахом ближайшего Спасо-Каменного монастыря Дионисием (в крещении Димитрий, до принятия монашества в 1382г.). Впоследствии, в 1393-1396гг., он восстанавливает его «после запустения».
v  В 1397г. Вологда завоёвана Москвой. Ростовское княжество потеряло независимость, ростовские князья ранее были наместниками Москвы в Устюге. В том же году строится Кирилло-Белозерский монастырь (№4). В Белоозере в это время постройкой монастыря управляет сын Дмитрия Донского Андрей (Можайский). Он основывается на месте, «указанном Богородицей», пришедшим сюда архимандритом московского Симонова монастыря (с 1388г.) Кириллом на месте важнейшего оживлённого торгового волока из только что захваченного «вологодского полуанклава». Кирилл ушёл из Москвы к Белоозеру на строительство нового монастыря не один, а вместе с «завхозом» Симонова монастыря Ферапонтом. Новгород продолжает вооружённую борьбу за вологодские земли до 1456-1478 года.
v  На следующий год (1398) пришла очередь самому Ферапонту прикрыть собственным монастырём северное ответвление того же водно-волокового пути (Ферапонтов монастырь – №5). В 1408г. Ферапонт вызывается к «управляющему Белоозёрьем» князю Андрею в Можайск, где ему предложено основать Лужецкий монастырь в Можайске. Ферапонт «после долгих уговоров» соглашается стать настоятелем и не отпускается обратно на Белоозеро до своей смерти в 1420г.
v  Строитель Свято-Лукского монастыря Дионисий основывает в 15 верстах от него Покровский монастырь на р.Глушице (№6) – 1400г.
v  Павло-Обнорский монастырь (№7) построен в 1414г. монахом Павлом (Обнорским, Комельским). Зачастую монастыри на спорных землях передавались во владения супруг московских князей. В 1417г. Обноры упоминаются в землях жены Василия Дмитриевича Московского.
Хождения Павла Обнорского (назван учеником Сергия Радонежского) в поисках места строительства монастыря особенно показательны, он получал в течение многих лет разрешения (благословения), но сталкивался с многочисленными препятствиями, строит монастырь, лишь спустя 4 десятка лет. Согласно легенде, получает в Троицком монастыре от Сергия Радонежского благословение «на отшествие в пустыню». Это могло произойти только между 1354 и 1375гг. Между 1388 и 1397гг. он идёт за благословением уже в Симонов монастырь Москвы к Кириллу Белозёрскому, где тот служит архимандритом. От него идёт на «реку Одрома» (Оудрома), вероятно, р.Удрома (приток Волги), 7 км сев. г.Романов, живёт в отходной келье. Через непродолжительное время (около 1389г.) идёт на Галич к Авраамию Чухломскому, в Покровский Городецкий монастырь (один из Галичских монастырей?), игумен (Авраамий?) прогоняет его. Павел уходит в обитель Феодора, на Городец (в Покровский Городецкий монастырь к Авраамию?). Феодор с 1388 был архиепископом Ростовским, начальником Авраамия.
В 1393г. Павел идёт на р.Комёла (Комельский лес при речке Грязовице), к югу от Вологды. В 1414г. он чуть западнее выбирает новое места на р.Нурме (неподалёку от р.Обноры), в том же лесу. Встречает и здесь противодействие «бесов… хотяще его отлучити от места того», бесы досаждают Павлу, так же мешают «ненаказанные люди». В очередной раз он идёт за благословением к митрополиту Фотию в Москву (Сергий Радонежский умер в 1392г.). Фотий сначала грубо прогоняет его, но затем «по научению свыше» благословляет и даёт милостыню. Павел основывает Павло-Обнорский Свято-Троицкий монастырь.
Монастырь был устроен на одном из двух водно-волоковых путей от р.Костромы к Вологде, по рекам Обноре и Комёле (второй проходил по р.Леже). Он описан в передвижениях войск Василия Тёмного в декабре 1449 – январе 1450г., перед его битвой с Дмитрием Шемякой у Галича.
«Ходил князь великии на князя Дмитрия, хотя ити к Галичю и бысть ему весть, что пошол к Вологде; и князь великии поиде на Иледам да на Обнору, и прииде к нему весть, что опять воротился к Галичю, и князь великии воротился Обнорою на низ, да и Костромою вверх». [12]
Победа Василия Тёмного, а затем убийство Дмитрия Шемяки и прекращение междуусобной борьбы создали более безопасные условия для микрорегиона. Приблизительно после этих событий, отклоняясь от «Обнорского» водного пути, вдоль Даниловской возвышенности начинает складываться сухопутная дорога из Вологды на Ярославль. В 1457г. упоминается как село будущий г.Данилов. В 1478г. Новгородская республика завершает своё существование, её земли присоединяются к Москве. Вологда становится местом сбора войск, хранения казны, хлеба, торговли солью.
В 1536г. возникает у начала «Лежского пути» укреплённый г.Буй, а через 2 года, в 1538г., на Обноре - крепость Любим, тогда же починок Грязовец. Сеть дорог укрепляется против набегов казанских татар, от прежнего водного пути по рекам Костроме и Волге к сухопутному тракту начинают стягиваться дороги. На двух таких соединительных дорогах и возникли Исады: на р.Костроме (в Любимском районе) и на берегу пойменного озера Яхробол (в Некрасовском районе). В этих местах для торговых людей и прочих путников заканчивалась водная часть перехода к Вологде и начиналось сухопутье.
Литература и источники:
1.       Степашкин М.В. Исады – рождённые в плеске волн. М., Буки Веди, 2017.
2.      Чернов С.З. Сфрагистический комплекс из Могутово…
3.      Описание документов и бумаг хранящихся в Московском архиве министерства юстиции. Книга вторая. СП-б, 1872. С. 134.
4.      Леонтьев А.Е. Гора святой Марии // Сообщения Ростовского музея. Вып. VI. Ростов, 1994. С. 218-230.
5.      Официальный сайт департамента культуры Ярославской области // Объекты культурного наследия
6.      Купцов И.В., Каретников А.Л. Разведки в Ростовском и Гаврилов-Ямском районах Ярославской области // Археологические открытия 2006 г. М., 2009. С. 221-222.
7.      РГАДА, № 147. л. 91.  Источник Патриаршего казённого приказа.
8.     Не отступим. Издание Ростовского Борисо-Глебского монастыря, перевод Г.И. Трубицыной. М., Глобус, 1998.
9.      Колонизация северных окраин Древней Руси в XI-XIII вв. – докторская диссертация, 1995.
10.  Колонизация северных окраин Древней Руси в XI-XIII вв. М., 1997.
11.   Археологическое изучение Северо-Восточной Руси: колонизация и культурные традиции // Вестник РАН. № 12. 2009.
12.  ПСРЛ. СПб., 1901. Т. 12. С. 75.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Музей «Дом крестьянина Елкина» - новые дары, интерактивная экскурсия «Играй, гармонь!», 8 июля 2018.

Сегодня в музее «Дом крестьянина Елкина», культурный центр пос. Борисоглебский, прошла интерактивная экскурсия «Играй, гармонь!». Гост...